economicus.ru
 Economicus.Ru » Галерея экономистов » Моррис Алле

Моррис Алле
(1911-)
Morris Allais
 
Из книги Алле М. "Экономика как наука".
И.Егоров
ФЕНОМЕН МОРИСА АЛЛЕ
Морис Алле, один из крупнейших современных ученых, лауреат Нобелевской премии по экономике 1988 года, почти не известен русскому читателю. Сборник "Экономика как наука" открывает публикацию ряда его работ. В ближайшее время будут изданы книги "Условия эффективности в экономике" и "Излишки и потери в экономике".
Сборник включает ряд общих обзорных публикаций и выступлений Мориса Алле, отзывы о нем видных ученых, а также краткую биографию и библиографию его работ. Он рассчитан на широкий крут читателей, интересующихся не только экономикой и другими общественными науками, но и собственно процессом научного творчества, методологическими и этическими вопросами науки.
Книга позволит читателю составить представление о глубоком, разностороннем и оригинальном вкладе Алле в развитие современной экономической мысли. Достаточно сказать, что Морис Алле первым дал наиболее общее и строгое доказательство эквивалентности состояний максимальной эффективности и равновесия в рыночной экономике; исходя из теоретических положений, выдвинул систему правил, соблюдение которых способно привести экономику к состоянию максимальной эффективности; сформулировал так называемое "золотое правило накопления", обеспечивающее максимальную продуктивность капитала и максимальный реальный доход на душу населения; разработал оригинальную - "наследственную и релятивистскую", по его терминологии, - теорию денежного обращения, прекрасно подтверждаемую эмпирическими проверками; выдвинул "общую теорию излишков" (наиболее общую на сегодняшний день экономическую теорию), введя вместо понятия "рыночная экономика" понятие "экономика рынков", предполагающее множественность рынков и множественность систем цен как более адекватное отражение реальной экономической динамики. Уже в 1946 году на примере Франции Алле доказал неэффективность системы централизованного управления экономикой и предложил целостный пакет реформ для перехода от централизованной к рыночной экономике1.
Данный перечень далеко не полон, но и он показывает масштабность научного творчества Мориса Алле, внесшего крупный вклад в создание у себя в стране современной системы экономического образования и развитие прикладных экономических исследований. И здесь ожидает нас первая загадка, первый парадокс: при всем значении, глубине и новаторском характере научных достижений творчество Мориса Алле долгое время оставалось относительно малоизвестным широкой общественности как в его родной Франции, так и за ее пределами. Более того, созданный им научный задел глубоких и оригинальных теорий, новых идей и подходов остается в своей значительной части невостребованным.
Разгадке этого и некоторых других "парадоксов", связанных с научной судьбой Алле, нам и хотелось бы посвятить предисловие. Думается, что именно сквозь такую призму можно полнее и конкретнее понять творческую манеру ученого, его этические и жизненные позиции, значительность его научных достижений, во многом опережающих свое время и превращающих Алле в ученого XXI века. Кстати, сам Алле активно использует научные идеи ученых XIX века, становясь как бы связующим звеном между прошлым и будущим.
"Парадокс Алле"
В мировой экономической литературе имя Мориса Алле часто упоминается в связи с "парадоксом Алле". История его такова. В 1952 году на международном коллоквиуме по эконометрике в Париже Алле выступил с опровержением общепризнанной тогда теории принятия решений в условиях риска фон Неймана, Моргенштерна и их последователей. Опираясь на результаты проведенного им опроса большого числа специалистов (редкий пример экспериментирования в области социальных наук!), он показал, что в ряде случаев практика не подтверждает теорию, причем даже ее разработчики в жизни действуют "не по науке", - следовательно, необходимо пересмотреть и исходные постулаты, и саму теорию2.
Опровержение Алле, опиравшееся на веские аргументы, было тем не менее встречено с сомнением и получило название парадокса. Потребовалось несколько десятилетий, чтобы идеи Алле стали приниматься широким кругом ученых. Интересно мнение профессора философии В. Лейнфеллнера. Отмечая, что Морису Алле принадлежит огромная заслуга в развитии теории вероятностей, он пишет: "В данном случае речь идет о совершенно новом факте в истории наук, который связывает понятие вероятности: 1) с человеческим предвидением будущего; 2) со способностью человека принимать решения перед лицом риска и недостоверности; 3) с реконструкцией функции вероятностного предвидения человека... Морис Алле создал математический гуманизм в отличие от гуманизма традиционного. Иными словами, все приложения статистического анализа к реальному миру основываются на суждениях о большем или меньшем правдоподобии. Они позволяют... разрабатывать оптимальные решения для политических, социальных и экономических конфликтов в будущем"3.
Рассказанный эпизод примечателен тем, что он ярко характеризует научную и этическую позицию Алле: ученый призван строжайшим, честнейшим образом подвергать выдвигаемые им теории проверке, сопоставляя их с реальными фактами, ибо только опыт - единственный критерий истины. Он говорит и о такой крайне редкой способности, как умение связать кратчайшим путем общие теоретические положения с практикой, что подтвер-ждают и работы Алле по прикладной экономике.
Кроме того, данный факт свидетельствует о воспри-ятии идей Алле в частности и новых идей вообще. Собственно, никакого парадокса здесь нет, а есть глубокое про-никновение в суть явления, в данном случае - в психоло-гию людей, действующих в условиях риска, попытка более строго и точно представить теорию. Парадокс, таким обра-зом, возникает преимущественно из-за неспособности или нежелания понять и принять выдвигаемые теоретиче-ские положения.
Почему же творчество Алле оказалось окутанным вуа-лью парадоксальности? Сам Алле, и это понятно, ограни-чивается ссылкой на то, что все новое всегда наталкивает-ся на сопротивление, особенно в области общественных наук. Другие ученые видят причину этого в особой манере изложения самого Алле и труднодоступности его теорети-ческих работ4. Третьи - в чисто языковом барьере, так как его фундаментальные работы написаны по-французски. Характерно в этой связи мнение нобелевского лауреата 1970 года П. Самуэльсона: "Морис Алле - богатый источник оригинальных и самостоятельных открытий... Если бы ранние работы Алле были написаны по-английски, то развитие экономической теории пошло бы в ином направлении"5.
Конечно, в каждом из приведенных суждений есть доля истины. Но, чтобы полнее понять научную судьбу Мориса Алле, необходимо прежде всего сказать о начале его творческого пути.
Морис Алле родился в Париже 31 мая 1911 года в простой семье и принадлежит к тому поколению, на долю которого выпало две мировые войны. Несмотря на потерю отца, умершего в немецком плену в 1915 году, он смог получить первоклассное образование. С блеском закончив Политехническую школу, а затем Горный институт в Париже, Алле стал в 1936 году горным инженером. Уже в годы учебы он страстно увлекся физикой. Физике, видимо, и посвятил бы Алле свое дарование, если бы не новая война, в которой ему самому пришлось участвовать.
В июле 1940 года, т.е. сразу после поражения Франции и демобилизации из армии, Алле круто меняет свои жизненные планы. Уже тогда, думая о послевоенном восстановлении страны, он ставит перед собой грандиозную научную и гражданскую задачу: определить пути достижения наивысшей эффективности экономики и одновременно большей справедливости в распределении доходов, большей социальной справедливости. И - самое поразительное - он эту задачу (как ученый) успешно решает. Доказательство - присуждение в 1988 году Нобелевской премии по экономике за работу 1943 года "В поисках экономической дисциплины".
Далеко не случайно курс по экономике в Горном институте, где Алле начинает преподавать в 1944 году, называется "Чистая экономика и социальная эффективность". Позже он напишет: "Я старался переосмыслить роль экономической свободы и экономики рынков с точки зрения поиска эффективности и достижения этических целей нашего времени..."6. Более того, тогда же Алле намечает обширную программу исследований, которой посвящает всю свою жизнь. Несомненно, неистовое желание молодого ученого постичь тайны экономики и внести тем самым собственный вклад в возрождение страны во многом объясняет творческий взрыв, своего рода озарение, пережитое им в этот период, (Отметим и это озарение, осветившее творческую жизнь ученого, как своеобразную загадку.)
Творческий взрыв оказался столь мощным, что не только превратил Алле из "экономиста-самоучки" (как любит называть себя он сам) в ученого первой величины, но и сделал его катализатором развития экономической мысли, центром притяжения молодых ученых. Свидетельств тому немало7.
Нобелевский лауреат 1983 года Ж. Дебре следующим образом описала 1948 году влияние, оказанное Алле на выбор им профессии экономиста: "Весной 1946 года мне случайно попал в руки впечатляющий фундаментальный труд Мориса Алле. Познакомившись с предисловием, пораженный убежденностью автора, я прочитал книгу до конца и нашел в ней много смелых мыслей, которые заставили меня в течение двух-трех месяцев заняться ее изучением, что потребовало немало сил. После этого я проникся страстью к экономике... Я без колебаний утверждаю, что именно в эти первые месяцы я овладел тем знанием экономической теории, которым обладаю и сегодня"8.
Р. Деэм, профессор экономики Университета им. Лаваля в Квебеке, посещавший лекции и семинары Мориса Алле в 1945-1946 годах, вспоминает, что Алле сумел привлечь к себе "цвет парижской технократической элиты". Деэм подчеркивает его научную честность, удержавшую ученого от любых уступок политического или иного характера, твердость и постоянство убеждений, чем и пытается объяснить недостаточную популярность Алле9.
Впрочем, и здесь следует обратить внимание на парадоксальность ситуации. С одной стороны, ученый становится центром притяжения для молодых пытливых умов и, как отмечает бельгийский экономист Ж. Дрез, "духовным отцом и лидером" французской маржиналистской школы, которая внесла серьезный вклад в развитие мировой экономической науки, в решение практических задач французской экономики, в том числе в повышение эффективности ее государственного сектора10. С другой стороны, имя Алле долгое время остается как бы в тени.
Следовательно, есть причины, объясняющие данный феномен. В чем же они? Попытаемся выделить несколько групп таких причин.
Первая группа связана с тем, что можно назвать историческим контекстом - с острой потребностью французского общества практически решать задачи послевоенного восстановления хозяйства, создания эффективной экономики и на этой основе обеспечения социально приемлемых условий жизни. Именно Алле явственно ощутил такую общественную потребность уже в июле 1940 года, т.е. в самый мрачный период французской истории, внес огромный личный вклад в разработку фундаментальных и прикладных проблем экономики и обосновал возможные направления научного поиска. Все это и определило его роль в развитии экономической науки во Франции.
Вторая группа причин кроется в четкой, даже жесткой научно-этической позиции: поиск научной истины - высшая ценность для ученого, смысл его деятельности. Следовательно, для него недопустимы никакие уступки, никакие компромиссы политического, корпоративного, карьерного или иного характера. Научный поиск должен быть независим от любых влияний, идеологических предпочтений (даже собственных) или соображений об успехе, популярности и т. п.
Важно обратить внимание на следующий факт: Алле рассматривает экономическую и другие общественные науки как становящиеся - но еще в полной мере не ставшие - подлинной наукой. Поэтому требование от ученого честности, этически чистой и четкой позиции становится актуальным вдвойне. Ибо развитие этих научных дисциплин затрагивает сложившиеся в обществе интересы и нередко наталкивается на ожесточенное сопротивление власть имущих, или "истеблишмента", говоря словами Алле. Сам же Морис Алле всегда - и вчера, и сегодня - шел к истине собственным путем, шел зачастую против господствующих в обществе идей и доктрин.
Отсюда же вытекает и необходимость четкого определения границ между наукой и остальными сферами деятельности, так как жизнь общества - это постоянное преодоление противоречий путем поиска компромиссов. Наука же - лишь особая часть социального целого; она позволяет объективно изучить и оценить противоречия, присущие общественным процессам, и подсказать возможные пути их разрешения в соответствии с избираемыми обществом целями. При этом, подчеркивает Алле, сам выбор целей находится вне сферы науки. Вот почему он строго разграничивает науку и идеологию. Далеко не случайно, как замечает в приведенном выше высказывании В. Лейнфеллнер, именно Алле создал новый "математический гуманизм", закладывающий предпосылки разрешения социальных конфликтов.
И здесь мы наталкиваемся на кажущийся парадокс: Морис Алле занимает этически непримиримую позицию жесткой честности и отказа от любых корыстных компромиссов, но именно такая позиция позволяет ему как ученому найти объективные основы для принятия жизненно важных и социально приемлемых компромиссов.
Третья группа причин, вытекающая из предыдущей, - позиция жесткой честности по отношению к обществу, т.е. позиция гражданской честности. Алле считает, что ученый вправе высказывать свое мнение. "Может быть, кое-кто упрекнет это исследование, - пишет Алле в книге "Изобилие или нищета", - в излишней резкости со стороны человека науки, но в тяжелые времена необходимы жесткие слова. Нужно иметь смелость выступить, когда сознаешь, что можешь предложить настоящие решения, когда чувствуешь, что в твоей груди бьется сердце свободного человека, и ты не хочешь занимать место в покорной толпе. Можно ли действительно оставаться безучастным, когда видишь, как ошибки, если не сказать больше, безвозвратно обрекают на нищету целый народ; когда каждый день видишь, как тысячи и тысячи простых людей страдают от чудовищного разбазаривания по вине абсурдной системы..."11. Нужно ли комментировать эти слова, сказанные им в 1946 году о положении во Франции?
Пожалуй, именно третья группа причин сыграла основную роль в относительной непопулярности Алле, ибо его суждения, будучи суждениями честного ученого и гражданина, всегда носили острокритический характер. Достаточно привести, к примеру, следующие слова: "Тот факт, что столь нелепая политика, политика, противоречащая всем элементарным урокам экономической науки, могла проводиться настойчиво и беспрерывно... доказывает, что наш руководящий персонал в своем огромном большинстве состоит из экономически безграмотных людей"12. Важно отметить, что по своей целостности, внутренней структуре и свойственной Алле логической строгости это - суждения ученого. Но высказаны они во весь голос.
Четвертая группа причин, несколько затрудняющая усвоение идей Мориса Алле, связана со своеобразием его научных методов, некоторой непривычностью творческой манеры ученого. На наш взгляд, в данном случае правомерно и обратное утверждение: в силу оригинальности и новаторского характера работ Алле читатели оказались не готовыми к их более или менее целостному и адекватному восприятию. Иными словами, степень новизны, а тем самым и степень трудоемкости при усвоении его научных разработок были значительно выше среднего уровня. Пожалуй, именно эти причины предопределили относительно ограниченное (но со временем все более широкое) распространение идей Мориса Алле. Показательно, что уже в первые послевоенные годы они повлияли на развитие экономической мысли прежде всего в странах со значительным франкоязычным населением, например, Бельгии и Канаде.
Научные методы
Морис Алле внес в экономическую науку логическую строгость математика, объективность физика, гибкость мышления инженера, широту взгляда историка. Он активно применяет общенаучные принципы и методы: принципы относительности и целостности, структурный подход, поиск инвариантов, математические методы, стремясь при этом более полно и точно отразить реальные процессы, представить целостную картину общественных явлений. Не случайно научным идеалом Алле является создание в общественных науках единой теории поведения людей, а в физике - единой теории поля.
Вместе с тем Морис Алле всегда старается исходить из реальности. Так, в середине 60-х годов он решительно отказался от вальрасовской модели экономики, основы основ неоклассической теории, считая, что эта модель не только не соответствует действительному положению дел, но и затрудняет решение практических задач. Введя вместо нее модель "экономики рынков", предполагающую множественность рынков и множественность систем цен, он сделал, на наш взгляд, важный шаг в приближении экономической теории к действительности. Более того, можно сказать, что он проник в "душу" экономики, поскольку собственно экономический процесс (в узком смысле слова) определяется именно этими параметрами. Именно в этих границах происходит то экономическое движение, которое формирует структуру и целостность экономики, ведет ее к более сбалансированному и оптимальному состоянию.
И такой шаг, приведший к созданию "общей теории излишков", был сделан им, исходя из потребностей практики. Как отмечает Ж. Дрез, "полностью убежденный в существенной роли теории и будучи сам сильнейшим теоретиком, Алле движим в первую очередь реальными проблемами и не очень интересуется теоретическими уточнениями самими по себе"13. По мнению Ж. Дреза, данное обстоятельство также сдерживало рост известности Алле.
В целом освоение научных результатов Мориса Алле требует сочетания тех же качеств, которые демонстрирует он сам в своем творчестве. Это - горячее стремление проникнуть в суть явлений, полная независимость суждений, самокритичность, жесткая проверка истинности и своих собственных, и чужих мнений, смелость, широта и неординарность в постановке и решении научных проблем, огромное трудолюбие и четкая этическая позиция ученого и гражданина. Характеристика экономиста как человека "редкой породы", данная Дж. М. Кейнсом14, полностью приложима и к Морису Алле.
Остановимся теперь на том, что определило, на наш взгляд, особое восприятие Мориса Алле как ученого, оказавшегося "между двух идеологических стульев". С самого начала Алле поставил перед собой сугубо научную задачу: каким образом совместить экономическую эффективность и социальную справедливость. И решал ее чисто научными методами. Однако в идеологизированном обществе, каковым по преимуществу остается и западное общество, даже строго научные выводы неизменно сопровождаются идеологическими оценками. Вместе с тем именно попытка научного подхода к решению этой центральной для любого общества задачи и предопределила, с одной стороны, целостность взглядов и всего творчества Алле, а с другой, его общую философскую позицию, которую Буате называет "либерально-социалистической"15. Такое определение выглядело явно парадоксальным не только на протяжении XIX и почти всего XX века, но еще и несколько лет назад, ибо не соответствовало широко принятому резкому противопоставлению двух идеологий - капитализма и социализма, материализовавшемуся в противостоянии двух систем: Восток - Запад. Лишь сегодня, в условиях краха тоталитарного коммунизма и мучительного поиска нового пути, мы понемногу начинаем осознавать глубину и обоснованность такой позиции. Значит, и здесь Морис Алле "опередил" свое время, выступив предвозвестником новых принципов общественного устройства, более того, доказав их необходимость.
Попытаемся раскрыть эту "либерально-социалистическую" позицию. "В демократическом и гуманном обществе, - считает Алле, - высшей целью и центром внимания является не государство, а человек"16. Вместе с тем экономика, будучи частью социального целого, не может быть самоцелью. Ее основная задача - удовлетворение человеческих потребностей. Поэтому критерием экономического прогресса следует считать не рост валового национального продукта, а рост чистого потребляемого дохода на душу населения. Говоря об этических нормах нашего времени, Алле и имеет в виду прежде всего свободу и достоинство человека, обеспечение социально приемлемых условий жизни в обществе при важной, но четко определенной роли государственных институтов. Вряд ли такая позиция может быть названа либеральной.
Ярлык либерала закрепился за Алле по двум Причинам. Во-первых, он всегда строго придерживался взгляда, что эффективной может быть только конкурентная экономика (именно это он и доказал в своих теоретических работах), и, во-вторых, дал веские доказательства неэффективности системы централизованного планирования и управления экономикой.
Анализ системы централизованного планирования экономики и ее сопоставление с конкурентной рыночной системой занимают важное место в творчестве Мориса Алле с 1946 года, а его выводы во многом совпадают с позицией тех советских экономистов, кто начиная с 20-х годов критиковал пороки жесткой системы централизованного управления экономикой и выступал за расширение сферы рыночных - отношений, в том числе самостоятельности предприятий. Учитывая значение данного вопроса, рассмотрим его более подробно.
Морис Алле строго различает два ряда вопросов: вопросы организации экономической системы (конкурентная - централизованная) и вопросы собственности (частная - коллективистская, по терминологии Алле). "Выбор между частнособственнической системой и системой коллективистской собственности полностью отличен от выбора между системой централизованного планирования и системой экономики рынков.
Экономический анализ позволяет с полной уверенностью сделать вывод, что при централизованном планировании не может быть достигнуто никакое состояние максимальной эффективности и только процесс эмпирического решения условий максимальной эффективности в децентрализованных рамках экономики рынков способен приводить к этому состоянию. Следовательно, в плане удовлетворения человеческих потребностей коллективистская экономика могла бы быть эффективной лишь в том случае, если бы она была организована на основе экономики рынков, а любое централизованное и авторитарное планирование приводит лишь к значительным потерям в производстве и в благосостоянии... И значит, все проблемы, встающие перед коллективистской экономикой, являются, по существу, такими же, как и проблемы, встающие перед капиталистической экономикой"17.
Таким образом, экономический анализ не закрывает перед коллективистской экономикой пути к большей эффективности. Но что же мешает ей реализовать эту возможность на практике? Развернутый ответ Алле дал уже в 1946- 1947 подах. "Является ошибкой утверждение... будто коллективистская экономика ни в коем случае не могла бы достичь оптимального состояния из-за теоретической невозможности ее конкурентной организации... Подобная организация вполне допустима. Однако она предполагает, что политическая власть в совершенстве владеет экономической наукой и одновременно систематически ограничивает свою деятельность лишь общими экономическими рамками (планирование структур). Если допустить, что коллективистская экономика является действительно конкурентной, то она могла бы, вероятно, лучше и быстрее обеспечить экономические условия максимальной социальной эффективности, нежели наше капиталистическое общество, даже реформированное... Всякий реалистически мыслящий человек должен признать, что действительное осуществление конкурентной организации полностью обобществленной экономики встретилось бы со значительными трудностями, которые можно, по всей видимости, считать непреодолимыми при нынешнем состоянии экономического и политического воспитания народов"18.
Дополним это высказывание следующим: "Во всяком случае в коллективистской экономике, крайне трудно избежать постоянного вмешательства политической власти в область экономики. Даже в тех экономиках, где национализированный сектор ограничен в своих размерах, назначение руководящих кадров зависит главным образом от политической власти. Политизация этих кадров составляет, таким образом, слишком реальную опасность"19.
Важен и исторический аспект данного вопроса: "В теоретическом плане вполне можно представить себе децентрализованную коллективистскую экономику, работающую по правилам рыночной, и следовательно, эффективную. Вопрос же состоит в следующем: возможно ли это на практике ? Что говорит нам опыт, основной критерий науки? Опыт показывает, что частная собственность является условием осуществления политических свобод. Я констатирую, в частности, что в истории существует весьма сильная корреляция между масштабами частной собственности и масштабами свобод. Если нет частной собственности, не может быть и политических свобод. Обратное утверждение неверно... Нет ни одного примера политически демократического общества без частной собственности"20
Экономическая эффективность и социальная справедливость
Модель конкурентной и децентрализованной экономики служит для Мориса Алле прежде всего идеальной теоретической моделью, позволяющей строго анализировать проблемы экономического равновесия и максимальной эффективности, т.е. является сугубо научным инструментом анализа, к которому не приложимы идеологические дефиниции. Вот почему Алле - один из самых серьезных критиков реальной западной экономики. Такая позиция была им четко сформулирована уже в 1945 году: "...Исследование конкурентной экономики ни в коем случае не может рассматриваться как апологетическое объяснение существующего строя, а может быть только критическим изучением данного строя. Оно не панацея, позволяющая решать все проблемы, а всего лишь теоретическое введение к плодотворным исследованиям по организации реальной экономики. Конкурентная экономика - не образ реальности; она является системой отсчета, помогающей нам понять, в какой мере общество, где мы живем, не использует своих возможностей"21.
Позже, введя понятие "экономика рынков", Алле так-же употребляет его преимущественно в качестве идеальной модели, более полно и точно отражающей реальные процессы. Вместе с тем предполагается, что в такой экономике строго соблюдаются определенные правила. "Это миф, - пишет он, - будто экономика рынков может быть результатом Стихийной игры экономических сил и политики попустительства (laisser-faire). Реальность состоит в том, что экономик)? рынков неотделима от институциональных рамок, в которых она работает"22.
Решение поставленной Алле двуединой задачи выходит за рамки и либерально-рыночной, и традиционной социалистической парадигмы. Не случайно одну из своих книг - "Налог на капитал и денежная реформа" - Алле со смешанным, на наш взгляд, чувством серьезности и иронии посвятил социальным реформаторам всех времен и их противникам.
Приведем один из фрагментов этой острокритической книги, в полной мере приложимый и к российской действительности: "Как и в любой период ускоренной инфляции в прошлом, развился нездоровый капитализм; возникли скандальные состояния, чаще всего в силу сговора плутократии, политократии и технократии. Под прикрытием демагогических заявлений о равенстве множатся всякого рода темные источники доходов... Во всяком случае, несправедливо, что те, кто "делает" законы, избегают последствий этих законов... Демагогия, как и ложь, не может бесконечно оставаться методом правления. Впрочем, и то и другое достаточно скоро наталкивается на собственные пределы; всякий демагог встречает еще большего демагога, чем он сам... Изучение истории говорит нам, что, если демагогия и начинается всегда с эйфории, она неизбежно приводит к хаосу и насилию"23.
Выступая против неэффективности и социальной несправедливости, где бы они ни проявлялись, Морис Алле пытается предложить подходы к решению указанной задачи, оставаясь на научной почве, т.е. опираясь на строгую теоретическую базу, объективный анализ общественных процессов и уроки истории. Крайне схематично логическую цепь его рассуждений можно представить следующим образом.
1. Экономическая эффективность - исходное и непременное условие решения всех социальных задач. "Изучение истории, наблюдение за современными обществами показывают, что эффективность экономики не только обусловливает реализацию всевозможных социальных целей, но и одновременно составляет необходимое условие расцвета культуры и цивилизации"24.
2. Существует строгое объективное доказательство того положения, что состояние максимальной эффективности может быть достигнуто лишь в процессе функционирования "экономики рынков"25. Основные условия достижения эффективности - достаточная информация, децентрализация решений и самостоятельность экономических агентов, заинтересованность в поиске и реализации более эффективных решений, конкуренция26.
3. В отличие от экономической эффективности мера справедливости в распределении доходов - понятие этического порядка, т.е. субъективное. "Распределение доходов должно удовлетворять, - считает Алле, - двойному условию: обеспечивать достаточное стимулирование эффективности, быть социально приемлемым"27. Поиск этой меры есть, по существу, поиск социального компромисса, обеспечиваемого в значительной части функционированием политической системы и направленного на поддержание мирных и стабильных условий жизни в обществе.
Вместе с тем в рыночной экономике (в экономике рынков, по Алле) важную роль в достижении компромисса играг и такой объективный фактор, как конкуренция. Последняя является составной частью своего рода этического компромисса28. Но конкуренция дает лишь частичное решение проблемы. Во-первых, при любом общественном устройстве люди "стремятся к захвату и удержанию привилегий и монопольного положения... стремятся обеспечить себе контроль за ситуацией, защищенной от конкуренции"29. Во-вторых, существует обширная область "всеобщего общественного интереса", в отношении которого компромисс может быть определен лишь благодаря государственной власти.
4. По указанным выше причинам невозможно заранее разрешить вопрос о справедливом характере распределения доходов, "Только наблюдение, но никак не априорные суждения, может помочь оценить, какова реальная ценность компромисса, обеспечиваемого рыночной экономикой в отношении распределения доходов. ...Только наблюдение за фактами, учет всей совокупности факторов, управляющих жизнью в обществе, знание действительных желаний людей могут дать нам необходимые данные для осуществления реального выбора"30.
Собственно, основная проблема, стоящая перед любым правительством, и состоит в обеспечении социально и политически приемлемого компромисса. При этом главная задача экономиста заключается в "изучении мер, способных видоизменить распределение доходов в политически желательном направлении без того, чтобы были подорваны условия функционирования экономики рынков, ибо только она может обеспечить эффективность"31.
5. Таким образом, социальный компромисс определяет и проводит в жизнь только государственная власть, обладающая собственной сферой деятельности. В области экономики эта сфера включает в себя: удовлетворение коллективных потребностей и их финансирование; определение институциональных рамок экономики рынков (антимонопольное законодательство, законодательство о компаниях, о продолжительности рабочего времени, о социальном обеспечении, о патентах на изобретения и т.д.); кредитно-денежную политику; определение потоков по перераспределению доходов в желательном направлении и их финансирование31.
В своих работах Алле постоянно подчеркивает необходимость перераспределения доходов, а тем самым и имеющейся покупательной способности в "нужных пунктах", ибо последняя является "суверенным двигателем конкурентного механизма". Используя этот рычаг, государство может восстановить экономическую эффективность и решить тем самым основную экономическую проблему32.
Таким образом, Алле выступает за активную роль государства, но только в своей собственной сфере действия. "Децентрализованная и конкурентная организация экономики не только не противостоит сознательному вмешательству общества в соответствии с планом, но, напротив, требует его... Основные преимущества экономики рынков и преимущества сознательного действия общества по плану, нацеленному на достижение более эффективной и одновременно более справедливой экономики, могут сочетаться только при такой организации экономики, когда она, с одной стороны, основана на свободной и самостоятельной деятельности экономических агентов (индивидов и предприятий) в рамках экономики рынков и, с другой стороны, на планировании институциональных рамок этой экономики, которое обеспечивает справедливость в распределении доходов, социальное возвышение наиболее способных, стабильность и безопасность"33.
6. По мнению Алле, государственная власть плохо выполняет свои функции, а современное французское общество представляет собой "странную смесь корпоративизма и коллективизма", далекую от экономики рынков34. Поэтому институциональные рамки экономики рынков должны быть глубоко реформированы с тем, чтобы не порождать незаработанных доходов и не способствовать образованию монополистических и технократических элит. "Отказываться от проведения различий среди источников доходов значит выносить бесповоротный приговор экономике рынков... Деньги должны зарабатываться трудом, а не доставаться путем получения даровых доходов, независимо от того, проистекают ли они от сверхприбыли на земельную собственность, чистого процента на капитал, прибыли, связанной с инфляцией, или же политических махинаций и интриг. Нужно положить конец эксплуатации людей путем сговора плутократии, технократии и политократии"35.
Как видим, и в данном случае понятие "экономика рынков" представляет скорее идеальную модель, научный инструмент анализа, позволяющий выявить пороки существующей системы. И Морис Алле широко пользуется этим инструментом, ставя перед собой, в частности в книге "Налог на капитал и денежная реформа", задачу объяснить "смысл и условия подлинной экономики рынков, обеспечивающей одновременно экономическую эффективность и справедливость в распределении доходов, а также децентрализацию власти с помощью частной собственности и устранение незаработанных доходов путем действительно конкурентной организации или же путем их коллективизации с помощью налогов"36.
7. Такая позиция позволяет понять, почему в течение полувека, с 1945 года по сегодняшний день, Морис Алле неустанно разъясняет фундаментальные принципы организации, мы бы сказали, здоровой экономической системы. Исходя из них, он выступает с комплексом предложений по глубокому реформированию существующих экономических отношений. Коротко суть этих предложений состоит в том, чтобы: а) обеспечить простор действию рыночных, конкурентных отношений и правил (т.е., по Алле, обеспечить функционирование подлинной экономики рынков); б) устранить "незаработанные" доходы, искажающие правила функционирования экономики рынков и подрывающие сами основы жизни в обществе. Средством для решения этих задач должны стать глубокие реформы налоговой, кредитной и денежной систем. Особое место в этом ряду занимает всеобщая индексация, с помощью которой Алле стремится найти как бы инвариантный всеобщий эквивалент стоимости, а тем самым твердую и справедливую, на его взгляд, основу для экономического расчета действующих в обществе экономических агентов.
Вот почему Морис Алле неустанно пропагандирует свои предложения, желая убедить в их целесообразности как общественность, так и политические власти. Вместе с тем он не питает особых иллюзий на их скорое воплощение в жизнь. "Большая часть мер, которые я предлагаю, в частности в книге "Налог на капитал и денежная реформа", - говорил Алле в своем интервью автору этих строк, - наверняка не будет осуществлена в близком будущем из-за сопротивления финансовой и денежной номенклатуры, держащейся за привилегии, предоставляемые ей нынешней ситуацией". Однако Алле продолжает свою разъяснительную работу. Так, в недавно опубликованной книге "Борьба за Европу"38 он резко выступает против бюрократизации механизмов наднационального управления в европейском сообществе, продолжает бороться за свободу и достоинство человека.
Таков, в общих чертах, подход Алле к решению центральной проблемы, поставленной им уже в годы войны и пронизывающей все его творчество.
Мы попытались коротко рассказать прежде всего о научно-этических позициях одного из крупнейших ученых нашего времени, никак не претендуя на критический разбор его творчества. Последний требует ознакомления читателей с его работами, которые только начинают публиковаться на русском языке.
Алле родился как ученый-экономист в самое мрачное время новейшей французской истории, В этот же период, на наш взгляд, сформировалась и его четкая этическая и гражданская позиция. Но, несмотря на свой "задиристый" и жесткий характер, он действовал не в одиночку, а в общем потоке общественных сил, стремившихся к послевоенному возрождению Франции.
Вполне очевидно, что творчество Мориса Алле крайне актуально для нынешней России. Актуально оно, в частности, и в силу независимости и самостоятельности суждний, и в силу крайней требовательности к строгости и доказательности теоретических и практических выводов, и в силу широкого, многодисциплинарного подхода к социальным явлениям (что особенно важно в переломные моменты истории). Актуально оно, естественно, и в сугубо научном, содержательном плане. Но использование плодотворных идей Алле и полученных им научных результатов требует большого гражданского мужества, самокритичности, огромного трудолюбия и, подчеркнем это особо, веры в Науку и, следовательно, веры в Человека. С другой стороны, необходима общественная поддержка, взаимопомощь и кооперация творческих сил, выступающих за стабилизацию и реальное обновление нашего общества.
По многим причинам научное сообщество оказалось не готовым не только к активному воздействию на протекающие в обществе процессы, но и к их более или менее целостному объяснению. Справедливо - видимо, даже более справедливо - и обратное утверждение: общество оказалось не готовым к восприятию и применению уже имеющегося научного знания, к использованию собственного научного потенциала (из-за отсутствия соответствующих механизмов и структур, особенностей политической организации и работы госаппарата, крайней степени монополизации, глубокого дуализма самого общества и общественного сознания и пр.).
Вместе с тем смеем надеяться, Россия не утратила стремления к самосохранению, а значит, и к самопознанию. Не утратила она и богатых научных традиций. Однако сегодня на первый план выходит, как нам представляется, необходимость развития и укрепления в области гуманитарных наук независимой научной мысли, будь то в форме различных научных школ, исследовательских центров, неформальных групп и ассоциаций ученых (включая и международные) или же в форме исследовательских проектов. Такая потребность достаточно широко осознается в научной среде, о чем свидетельствуют и появившиеся независимые исследовательские центры. Публикуя первые книги Мориса Алле на русском языке, научно-издательский центр "Наука для общества" и стремится содействовать этому движению. Морис Алле, как мы пытались показать, в полной мере воплощает в себе тип независимого, объективного исследователя, в центре внимания которого находятся кардинальные вопросы общественного развития.
Примечания
1См.: Allais M. Abondance ou misere. Propositions heterogenes pour le redressement de 1'economie francaise. Editions politiques, economiques et sociales, Paris, 1964.
2Подробнее см.: Алле M. Поведение рационального человека в условиях риска: критика постулатов и аксиом американской школы // Теория и история экономических и социальных институтов и систем (THESIS). M., 1994. │5. С. 217-241.
3См. ниже, стр. 134.
4См., например, мнение Т. де Монбриаля, стр. 124 настоящего издания,
5Цит. по: Marches, capital et incertitude. Essais en 1'honneur de Maurice Allais. Economica, Paris, 1986.
6См. ниже, стр. 88.
7См., например, отзыв М. Буате (стр. 120 и след. настоящего издания).
8Цит. по: Marches, capital et incertitude..., p. 15.
9См.: L'actualite economique, vol. 65, │ 3, septembre 1989, р. 347-348.
10Ж. Дрез, в частности, пишет: "В течение первого послевоенного десятилетия во Франции произошло чрезвычайно важное и интересное событие в истории экономической науки. Данное событие, связываемое неформально с работой "французской маржиналистской школы", состояло в разработке и внедрении в практику операционной теории эффективного распределения ресурсов. ...Данное событие, наряду с его непосредственным результатом в плане повышения эффективности во французском государственном секторе, оказало сильное влияние на экономическое мышление... Появилось новое поколение экономистов, использовавших математику и количественные методы... Взаимодополняемость чистой теории, прикладной теории и практического приложения остается скорее уникальным событием и важным шагом в развитии экономической науки... Морис Алле может быть несомненно определен как интеллектуальный отец и лидер французской маржиналистской школы, чьи труды, кругозор, преподавательская деятельность и прикладные работы сыграли важнейшую практическую роль в создании этого события.. '.(Jacques H. Drew. Maurice Allais and the French Marginalist School // Scandinavian Journal of Economics, │ 1, 1989, p. 5-7).
11Allais М. Abondance ou misere..., p. 123
12Allais М. Abondance ou misere..., p. 113.
13Jacques H. Dreze. Op. citL p. 9-10.
14См. ниже, стр. 98 - 99.
15См. ниже, стр. 122.
16Allais М. Pour la reforme de la fiscalite. Clement Juglar, Paris, 1990, p. 17.
17Allais М. Les conditions de L'efficacite dans L'economie. Centro studi e ricerche su problem! economico-sociali, Milano, 1967, p. 104.
18Allais M. Le probleme de la planification economique dans une economic collectiviste // Revue Internationale des sciences sociales Kyklos, octobre 1947, vol. 2, p. 64-66.
19Allais M. Les conditions de L'efficacite..., p. 105-106.
20МЭиМО. 1989. │ 11. С. 35.
21Allais M. Prolegomenes и la reconstruction economique du monde // Цит. по: L'actuatite economique, vol. 65, │ 3, septembre 1989, p. 347.
22Allais M. L'impot sur le capital et la refonne monetaire. Hermann, Paris, 1977, p.243.
23Там же. С. 15.
24МЭиМО. 1989. │ 11. С. 40; Allais M. Les conditions de 1'efficacite..., p. 137.
25См. Allais M. Les conditions de 1'efficacite..., p. 84.
26См.: МЭиМО. 1989. │ 11. С. 31; Allais M. L'impot sur le capital..., р. 247; Allais M. Les conditions de 1'efficacite..., p. 100.
27Allais M. L'impot sur le capital..., p. 242.
28"Конкуренция выступает, по существу, как фактор, привносящий этический корректив в неравенство при распределении излишков, которое могло бы иметь место в случае отсутствия конкуренции. Она выступает как составная часть своего рода этического компромисса... Как ни парадоксально, самые ярые противники конкурентной экономики движимы этическими мотивами. Но если вдуматься, то на деле именно этические мотивы и составляют самое сильное основание подобной экономики. ...С этической точки зрения, конкуренция вызывает распределение полученных излишков между большим числом действующих лиц. Следовательно, она способствует более равному распределению доходов и тем самым помогает созданию социального и политического климата, благоприятного для функционирования экономики рынков" (Allais M. Les conditions de 1'efficacite..., р. 78, 101).
29Там же. С. 10.
30Там же. С. 78, 79.
31Allais M. Les conditions de 1'efficacite..., p. 102.
32См.: Allais M. Abondance ou misere..., p. 120.
33Allais M. Les conditions de 1'efficacite..., p. 103-104.
34Allais M. L'impot sur le capital..., p. 245.
35Там же. С. 247.
36Там же. С. 246.
37МЭиМО. 1989. │ 11. С. 36.
38Allais M. Combats pour 1'Europe, 1992-1994. Clement Juglar, Paris, 1994.
Как найти и купить книги
Возможность изучить дистанционно 9 языков

 Copyright © 2002-2005 Институт "Экономическая школа".
Rambler's Top100