economicus.ru
 Economicus.Ru » Галерея экономистов » Уэсли К. Митчелл

Уэсли К. Митчелл
(1874-1948)
Wesley C. Mitchell
 
Источник: Уэслей К. Митчелль. Экономические циклы. Проблема и ее постановка. Библиотека экономистов. М. 1930.
Уэсли К. Митчелл
ГЛАВА ПЯТАЯ. ВЫВОДЫ И ПЛАНЫ
I. ПОНЯТИЕ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ЦИКЛОВ
1. Эволюция понятия
Для ранних исследователей в нашей области наиболее актуальной проблемой было объяснение тех драматических событий, которые они называли "коммерческими кризисами". Они не только сосредоточивались преимущественно на одной этой фазе экономических колебаний, но и ограничивались главным образом поисками ее объяснений. Поскольку существование кризисов было всем известно, они не видели необходимости в тщательном фактическом исследовании их. Равным образом, они не видели необходимости и в объяснении расцвета.
Такой подход порождал споры, в центре которых стояла не столько характеристика конъюнктурных колебаний, сколько вопрос о правильности конкурирующих теорий. Участники спора дебатировали друг с другом на основе запаса общих знаний, подкрепляя его случайными ссылками на те или иные фактические данные. Но даже используя эти данные, они ставили себе чаще диалектические, чем позитивные задачи. Другим последствием указанного положения было то, что спор этот имел тенденцию выйти из рамок общей системы экономической теории и получить специальный характер. Действительно, если брать кризисы вне их связи с непрерывными процессами изменения экономических условий, то они приобретают характер "анормальных" явлений и как таковые оказываются не в центре той области, которой занимается теория, а на ее периферии. При обсуждении проблем, которые считались основными проблемами экономической теории, изменения в хозяйственной активности относились к тем явлениям, которые устранялись из поля внимания общим утверждением "при прочих равных условиях". Если главы о причинах кризисов и появлялись в трактатах, прилагавших экономические принципы к решению вопросов практической жизни, то в "чистой теории" эта тема не находила места.
Большая часть трудов, посвященных кризисам, имела монографический характер, и многие из их авторов были весьма слабо знакомы с экономикой. Не далее, как в 1898 г. Бэм-Баверк считал необходимым доказывать, что "теория кризисов" должна была бы составлять во всякой системе экономической теории последнюю или предпоследнюю главу.1 Обратная точка зрения, утверждающая что идеи, развитые при изучении экономических колебаний, должны привести к реформе экономических теорий, для большинства экономистов до сих пор представляется чуждой.2 Более широкое понимание проблемы видно в замечании Джона Уэда, сделанном им вскользь в 1833 г., что в Англии "за последние 70 лет" развертывались "торговые циклы" с присущей им "сменой периодов расцвета и депрессии".3 Возможно, что к идее о том, что колебания торговли и промышленности носят циклический характер, пришли самостоятельно и другие лица; во всяком случае эта идея быстро распространилась. Клемент Жюглар, считая эту идею своей, попытался показать отношения, существующие между "тремя периодами- расцвета, кризиса и ликвидации", которые "всегда в том же порядке следуют друг за другом". Более того, Жюглар энергично взялся за изучение фактического материала, строя свои выводы главным образом на анализе изменений товарных цен, процента и банковских балансов и пользуясь дополнительно историей кризисов с 1696 г.4 Его работа явилась поворотным пунктом в изучении проблемы. Однако хотя Жюглар и сознавал необходимость изучения экономических циклов, все же он озаглавил свою работу Des Crises Commerciales. Но если по сей день многие авторы, особенно европейские, при выборе заглавий для своих работ следуют его примеру, то они следуют его примеру и в том, что в свои теории кризисов включают исследование периодов расцвета и депрессий, а иногда и оживления.5
Большинство изменений, которые со времени Жюглара внесены в понимание проблемы, явились результатом более широких по размаху и более интенсивных работ того типа, которым занимался он. В связи с этим приобрели ясность те идеи, которые лишь предполагались в его понятиях, и получили развитие те вопросы, которых он касался лишь вскользь; найдены лучшие методы анализа временных рядов; вошли в употребление такие термины, которых Жюглар не мог бы понять. Итак, как с внешней стороны, так и по существу в настоящее время проблема ставится иначе; но все же если и не в тексте, то между строк книги Жюглара можно найти многие из тех идей, которые кажутся нам новыми.
Жюглар не отдавал себе ясного отчета в том, что интервалы между кризисами в действительности содержат две, а иногда три смены периодов расцвета и депрессии. Однако этот важный факт твердо не усвоен и авторами современных трудов о кризисах. Он наглядно выявляется лишь при анализе соответствующих временных рядов пли при внимательном чтении обзоров конъюнктуры. Конечно, причина, в силу которой исследователи кризисов не замечают этих кратких циклов, лежит в том, что указанные циклы не содержат в себе кризисов в традиционном смысле слова. Составляя трактат о "Торговых кризисах", можно иметь в виду идею "коммерческих циклов", можно ставить задачу их анализа и все же при этом не заметить значительной части циклов, которые могут быть обнаружены на основании изученных тех же материалов. Чтобы свести к минимуму опасность возможной на этой почве ошибки, исследователи-статистики, которые ставят себе в заслугу, что они всегда точно следуют указаниям своих данных, отвергли тот термин, который на протяжении всего спора представлялся установленным наиболее твердо. Они назвали переход от расцвета к депрессии-рецессией. Вследствие этого циклы, которые они отмечают, в среднем короче циклов, устанавливаемых в трудах о кризисах: они считают типичными циклы не в 7 - 8 лет, а в 3 - 4 года. Но на ряду с этим они интересуются вопросами о том, как распределяются более длинные и короткие циклы около этой моды и как изменяется средняя продолжительность циклов от одного периода к другому и от одной страны к другой. По крайней мере на словах Жюглар считал, что кризисы "периодичны": полное заглавие его книги гласит - "О коммерческих кризисах и об их периодическом повторении во Франции, Англии и Соединенных Штатах" (Des Crises Commerciales et de leur Retour Periodique en France, en Angleterre et aux Etats Unis). Но его же собственная история кризисов в этих трех странах показывает, что ни в одной из них интервалы между кризисами не были правильными. Теоретики часто следуют этому прецеденту: в заглавиях своих работ они называют кризисы периодическими, а в тексте показывают, что периоды между ними варьируют в широких пределах.6 Статистики избегли практики неточного применения этого термина, который в других науках предполагает строгую регулярность явлений во времени. Они считают регулярным лишь самый факт повторения расцвета, рецессии, депрессии и оживления, и притом повторения в только что указанной последовательности. Одна из основных задач их, как сказано выше, состоит в том, чтобы найти, как меняется продолжительность экономических циклов в целом и продолжительность фаз, из которых они слагаются. Но до сих пор случайные критики рассматривают слово "циклический", как синоним "периодического" и приписывают авторам работ об экономических циклах убеждение в периодичности экономических колебаний.
Джон Уэд с уверенностью говорил о "торговом цикле". Жюглар местами также употреблял соответствующее французское выражение.7 Существует ряд новейших книг об "экономическом цикле" и "торговом цикле". 8 Возможно, что те, кто ввел в употребление эти выражения, принял бы и тот ошибочный смысл, который можно в них усмотреть. Джон Уэд мог рассматривать торговый цикл как единое движение или как последовательность больших единых колебаний от расцвета к депрессии и обратно. Возможно, что призрак этого смутного понятия все еще витает в умах тех, кто сводит экономические циклы к единой причине. Но большинство тех, кто в настоящее время говорит об "экономическом цикле", имеет при этом в виду не одно явление, а целый конгломерат взаимосвязанных явлений. Для работ последнего времени в высшей степени характерно то, что они обращают все большее внимание на различия в амплитуде и временной последовательности циклических колебаний отдельных экономических процессов. Статистические данные не дают прямых доказательств существования единого "экономического цикла"; они дают доказательства лишь существования колебаний в сотнях временных рядов. Действительно, на основании статистических данных трудно построить или даже представить себе построение какого-либо единого индекса "общей тенденции" хозяйственной деятельности.9 Но чем тщательнее исследователи разлагают экономические циклы на элементы, тем более нуждаются они в общем термине для обозначения целого.
Однако слова, которые мы употребляем, таят в себе некоторую опасность. Имея смутное понятие о группе явлений, которые представляются нам связанными между собой и которые мы хотим изучать, мы начинаем с того, что даем им название. Этот шаг необходим, но опасен. Определенность названия может скрывать от нас неопределенность нашего знания. Если данное нами название состоит из слов, знакомых нам по их употреблению в иной связи, мы можем принять обычно связываемые с ними представления за реально существующие факты. Мысленно считая, далее, что мы уже знаем то, чему дали название, мы начинаем придумывать для него объяснения, вместо того чтобы стараться выяснить смысл наших слов.10
Все это было сказано в начале книги и объясняет, почему там не было дано никакого определения экономических циклов. Это объясняет также, почему мы произвели обзор теорий для выявления основных черт экономических циклов, а также для выяснения того, какие явления должны быть привлечены здесь к рассмотрению и как эти явления следует изучать. Это объясняет, далее, наличие обширных глав об организации народного хозяйства, о статистических методах, о конъюнктурных анналах, а также наличие настоящего раздела об эволюции понятия экономических циклов. Но даже и теперь мы можем наметить только контуры рабочего определения, которое нам необходимо для дальнейшего изучения и которое, можно сказать наперед, по мере роста знания потребует модификаций.
2. Рабочее понятие экономических циклов
Чтобы установить, что представляют собою экономические циклы, мы посмотрим на них глазами экономистов-теоретиков, экономистов-статистиков и обозревателей текущей конъюнктуры (business reporters). Каждая из этих групп работников помогает нам выделить те черты предмета нашего исследования, которые принимаются другими группами за данные или не замечаются вовсе. Ясно, что, только комбинируя все три ряда наблюдений, мы сможем создать такое представление об экономических циклах, которое будет наиболее полезным для предстоящей нам конструктивной работы.
1) Элементы устанавливаемые на основе обзора текущей конъюнктуры. Обзоры текущей конъюнктуры дают, с одной стороны, наиболее сбивчивое, с другой стороны-наиболее простое представление об экономических циклах. Если мы будем рассматривать материалы по экономической истории, напечатанные в финансовых изданиях или консульских отчетах, то мы не получим никакого общего впечатления, а подучим лишь впечатление о бесконечном числе деталей. Но путем планомерной и упорной работы мы можем придать этим материалам такую форму, что они позволят окинуть взглядом большие пространства на протяжении многих десятилетий. Тогда детали сгладятся и выявятся наиболее общие черты хода экономической истории. Среди этих черт одной из наиболее выдающихся является определенный порядок изменений явления во времени, порядок, наблюдающийся во всех странах, о которых можно сказать, что они имеют историю конъюнктуры. Во многих странах оживление торговли и промышленности кончается их упадком; затем в течение некоторого времени держится депрессия; далее наступает оживление и, наконец, снова хозяйственная деятельность переживает период расцвета; и эта смена повторяется снова и снова. Эта часто повторяющаяся последовательность, примеров которой очень много в записях, постепенно накопившихся благодаря сотрудничеству бесчисленных обозревателей текущей конъюнктуры, и имеется в виду, когда говорят об экономических циклах.
Однако анналы конъюнктуры дают нам гораздо больше, чем этот голый остов понятия.
(1) Хотя текущие материалы но истории конъюнктуры рассматривают нацию как целое, из них ясно тем не менее, что данная волна расцвета или депрессии не всегда распространяется на все части страны и что иногда, наоборот, такая волна захватывает весь мировой рынок. Районы, захватываемые отдельными волнами, столь различны, что мы не можем связать экономические циклы с какой-либо географической или политической единицей. По соображениям удобства изучения целесообразно следовать условности наших источников и думать (напр.) о японских, шведских и бразильских циклах. Для подобной практики имеются тем большие основания, что описание экономических циклов по разным странам имеет свои особенности. Но мы должны мыслить себе это явление, как явление международное не только в том смысле, что оно имеет место одновременно во многих странах, но также и в том, что определенное состояние торгово-промышленной конъюнктуры, господствующее в той пли иной стране в данное время, вызывает сходные условия во всех тех странах, с которыми данная страна имеет значительные экономические связи. С другой стороны, мы должны признать, что циклические колебания в отдельных частях страны, народное хозяйство которой связано внутренне недостаточно тесно, иногда отличаются друг от друга больше, чем циклические колебания тех или иных смежных стран.
(2) Понятие расцвета или депрессии в данной стране имеет характер некоторой средней. Детальные обзоры редко показывают, что все отрасли народного хозяйства находятся одновременно в состоянии оживления или застоя. Как правило, обозреватели совершенно ясно и единодушно говорят о "преобладающем тоне"; но иногда они рисуют условия в таком сложном виде, что очень трудно определить даже их основную тенденцию. Равным образом, иногда, будучи согласны в отношении господствующего тона, обозреватели согласны также и относительно того, что известные отрасли народного хозяйства являются резким исключением. Другими словами, читатель таких материалов по истории конъюнктуры составит понятие об экономических циклах, как о последовательной смене фаз, каждая из которых представляет собою в высшей степени сложный агрегат условий в различных отраслях народного хозяйства,-условий, которые иногда не являются строго единообразными, а по временам и явно различны.
(3) Следующей характерной чертой экономических циклов, как они рисуются материалами по экономической истории, является изменение их интенсивности. Авторы говорят о диких паниках и спокойных рецессиях, о сенсационных бумах и спокойных подъемах, о полной прострации и только о застое, о драматическом оживлении и медленном восстановлении. Все эти описательные термины и сотни их вариантов не поддаются точному истолкованию. Мы не можем даже расположить последовательные или одновременные циклы по степени их интенсивности, не говоря уже об измерении этой степени интенсивности. Но равным образом мы не можем сомневаться и в том факте, что циклы располагаются в целую гамму, начиная от резких взмахов до умеренных колебаний. И если следовать точно за нашими источниками, то мы должны из понятия об экономических циклах исключить представление о кризисе, так как при наличии умеренных колебаний нет ни одной фазы, которая могла бы быть с достаточной точностью обозначена словом кризис.
(4) Относительно продолжительности экономических циклов текущие материалы дают нам более определенные указания. Мы можем приблизительно измерить интервалы между последовательными рецессиями. Правда, при этом бывают и сомнительные случаи, так как благодаря сложности строения народного хозяйства, о которой мы только что упоминали, иногда не легко сказать, являются ли данные затруднения настолько общими, чтобы их можно было назвать рецессией; но число таких случаев не достаточно велико, чтобы оказывать влияние на наши выводы.
В материалах встречаются указания на циклы, которые, повидимому, по своей продолжительности ближе к одному, чем к двум годам. Как другую крайность мы находим несколько циклов с продолжительностью в 11-12 лет. Но в огромном большинстве случаев цикл продолжается в границах от 3 до 6 лет. И если взять достаточно большое число наблюдений над продолжительностью циклов, то наблюдения эти расположатся около их центральной тенденции довольно правильно, хотя и не симметрично. Далее, оказывается, что фазы рецессии и оживления по тем источникам, на основании которых составлены анналы, короче, чем фазы расцвета и депрессии; что в среднем расцвет длится несколько дольше депрессии; что это отношение между расцветом и депрессией выявляется с особой отчетливостью в периоды повышательной тенденции оптовых цен и, наоборот, менее отчетливо в период понижательной тенденции их; что существование относительно длительных циклов обязано в большей степени удлинению депрессии, чем расцвета.
(5) При чтении год за годом материалов по текущей конъюнктуре какой-либо страны бросается в глаза непрерывность циклических изменений. В последовательном ряде периодов расцвета, рецессии, депрессии и оживления любую из этих стадий можно рассматривать, как конец одного цикла и как начало другого. Но разумнее сказать, что здесь нет ни начала ни конца, или еще лучше, что существует непрерывное движение ряда известных фаз в определенном порядке со скоростью, которая изменяется от одного момента к другому и от одной страны к другой.
(6) Комментаторы текущей конъюнктуры обычно высказывают по поводу причин ее изменения много поспешных суждений, которые мы не можем включить в наше "рабочее" понятие экономических циклов. Но одним из подобных обобщений мы должны воспользоваться: согласно этому обобщению экономические циклы представляют собою в высокой степени чувствительное явление, которое находится под влиянием ряда факторов не экономического порядка. Среди этих факторов наиболее заметную роль играют войны, гражданские волнения, разнообразные условия урожая и эпидемии.
(7) Наконец, обзор конъюнктурных анналов стран, находящихся на разных стадиях экономического развития, или анналов одной и той же страны на последовательных стадиях ее развития, приводит к заключению, что существование экономических циклов связано с определенной формой организации народного хозяйства. Это заключение подтверждается изучением экономической истории за достаточно длительный период времени.11 Хотя по Англии, Голландии, Франции, Южной Германии и Северной Италии торговые и финансовые кризисы могут быть прослежены назад на протяжении длительного периода, но кризисы начала Нового Времени и конца Средних Веков были обязаны своим возникновением факторам неэкономического порядка, повидимому, в большей мере, чем современные рецессии, и не имели столь общего характера. Экономические циклы оказывают влияние на благосостояние массы населения, непрерывно следуют друг за другом, имеют видимую регулярность и становятся заметными в экономической истории какой-либо страны лишь тогда, когда значительная часть ее населения начинает жить, опираясь главным образом на денежные доходы. Имеются также доказательства того, что экономические циклы по мере развития народного хозяйства меняют свой характер. Наиболее резкие изменения конъюнктуры постепенно подчиняются известному контролю. Паники заменяются кризисами, кризисы рецессиями. Представляется вероятным, что на известных ступенях развития народного хозяйства средняя продолжительность циклов становится короче, а на более поздних ступенях вновь удлиняется. Наконец, мы должны считать, что смена периодов расцвета, рецессии, депрессии и оживления является характерной для экономической деятельности лишь тогда, когда эта последняя организована на основах, которые были охарактеризованы здесь как "современное денежное хозяйство".
Итак, построение понятия экономических циклов на основе текущих обзоров конъюнктуры мы начали с установления основного факта - наличия ритмических колебаний в хозяйственной деятельности. К этому мы затем присоединили, что такие колебания присущи народному хозяйству стран, организованных на основе денежного хозяйства, что они проявляются во всех таких странах, что они имеют тенденцию обнаруживать те же фазы приблизительно в одно и то же время по разным странам, что они следуют друг за другом непрерывно, что они находятся под воздействием различных факторов не-экономического порядка, что они представляют собою скорее преобладающий, чем универсальный тип изменений в процессе общего развития народного хозяйства, что хотя они и варьируют по интенсивности и продолжительности, но эти вариации не столь велики, чтобы помешать нам отнести различные случаи к одному классу явлений.
2) Элементы, устанавливаемые на основе теорий экономических циклов. К каким изменениям этого понятия побуждает изучение теорий экономических циклов?
Если рассматривать эти теории одну за другой во всех деталях, то они покажутся едва ли менее запутанными и сбивчивыми, чем обзоры текущей конъюнктуры. Но с этими теориями можно поступить так же, как мы поступили с обзорами конъюнктуры. В гл. I был изложен целый ряд теоретических построений, которые можно сопоставить с выводами из исторических материалов, кратко систематизированными в гл. IV. Подходя к теориям так же, как мы подошли к историческому материалу, мы можем поставить вопрос: что говорят нам об экономических циклах эти теории, взятые в совокупности?
Прежде всего теории подчеркивают сложность циклических колебаний. Но сложность, вскрываемая теориями, является сложностью иного рода, чем та, которую вскрывают материалы по текущей конъюнктуре. В то время как последние рассматривают конъюнктуру различных территориальных областей и различных отраслей народного хозяйства, теории имеют дело с процессами, относительно которых предполагается, что они имеют место или обнаруживают свое воздействие во всех отраслях хозяйственной деятельности и во всяком обществе, организованном на основе денежного хозяйства.
Среди процессов, вовлеченных в циклические колебания настолько глубоко, что в них ищут объяснения экономических циклов, мы отметили следующие:
Банковские операции, в частности, процессы экспансии и сжатия банковских ссуд вместе с влиянием, которое они оказывают на расширение и уменьшение объема кредитных средств обращения; колебания учетного процента, а также банковских резервов, каковые колебания являются результатом, с одной стороны, изменений в общественной практике пользования металлическими и бумажными деньгами, с другой - усилий банков поддержать свою состоятельность.
Сбережение и инвестирование в их отношении к объему производимых капитальных работ, к рыночному предложению потребительских благ и к объему розничных покупок.
Процесс приспособления текущего предложения различных товаров к спросу на них, поскольку этот процесс влияет на объем хозяйственных обязательств или сам находится под влиянием: 1) неопределенности, присущей всем хозяйственно-предпринимательским планам, 1) изменений в предельной полезности потребительских благ и денег, с одной стороны, и изменений в спросе на индустриальное оборудование и в его использовании - с другой.
Процесс распределения денежных доходов между потребителями и процесс расходования последними денег в отношении к процессам производства и сбыта товаров, и притом в отношении, которое должно рассматриваться с учетом влияния колебаний цен на доходы и покупательную силу различных классов, с учетом влияния сбережений, производимых как хозяйственными предприятиями, так и отдельными лицами, на потребительский спрос товаров, или, иначе, с учетом трудностей обеспечения хозяйственных предприятий необходимым ликвидным капиталом без одновременного сокращения спроса на товары до уровня в общем более низкого, чем их рыночное предложение.
Обеспечение прибылей (making profits) от производственных операций- процесс, который можно рассматривать как источник возникновения иллюзий относительно размеров спроса, как фактор превращения умеренных колебаний розничной торговли в гораздо более сильные колебания производства, а также как причину переоценки капитала, в зависимости от которой определяется цена и кредитоспособность предприятий.
Стимулирование организации новых хозяйственных предприятий и введение новых революционизирующих методов хозяйственной деятельности.
"Прогресс" в широком смысле слова, как характерная черта нашего века, делающая невозможным сохранение надлежащей пропорции между темпом роста отдельных факторов.
Кроме этих экономических процессов наше внимание было привлечено:
во-первых, волнами оптимизма и пессимизма, которые, по мнению одного автора, "порождают друг друга и следуют одна за другой бесконечной цепью", а по мнению другого-являются результатом колебаний процента рождаемости, смертности и заболеваемости;
во-вторых, циклическими изменениями в метеорологических условиях, которые оказывают воздействие на конъюнктуру, по мнению одних, потому, что они влияют на урожаи, по мнению других, потому, что они влияют на физическое и психическое состояние населения, а по мнению третьих, потому, что они придают отраслям промышленности, пользующимся материалами органического происхождения, ритм, отличный от ритма тех отраслей промышленности, которые пользуются материалами неорганического происхождения.
Конечно, не все из этих теорий экономических циклов являются правильными в том смысле, который придается им их авторами. В самом деле, если бы одна из этих теорий действительно вскрывала основную причину циклических колебаний, то ни одна из конкурирующих с ней теорий уже не могла бы ее вскрыть. Но мы в праве в нашем рабочем понятии экономических циклов учесть, все эти теории в том смысле, что можем мыслить последовательное повторение расцвета, рецессии, депрессии и оживления, как повторение, слагающееся из циклических колебаний каждого из перечисленных процессов и находящееся одновременно под влиянием эмоциональных и климатических условий. Однако мы не можем ограничить наше поле зрения лишь теми процессами и условиями, на основе которых построены упомянутые теории экономических циклов. При работе над нашей проблемой мы должны быть готовы подвергнуть изучению любое свойство современной хозяйственной жизни, которое представляется тесно связанным. с колебаниями экономической конъюнктуры. Но к каждому из факторов комплекса, будет ли он указан другими или открыт в процессе нашего собственного исследования, мы должны относиться критически. Помимо всего прочего это значит, что наша концепция множества процессов, присущих экономическим циклам, не обязывает нас наперед к каким-либо суждениям относительно числа действующих причин.
Если только доказательства, которые мы найдем, подтвердят это заключение, то мы можем придти и к такому выводу, что циклические колебания во всем их многообразии вызываются прямо пли косвенно какой-нибудь одной причиной.
Хотя обзор теорий и позволяет дополнить наше понятие экономических циклов существенными признаками, но он проливает мало света на построения, которые возникают в связи с обзором конъюнктурных анналов, так как те циклы, которые объясняются теоретиками-экономистами, представляют собою нечто отличное от циклов, о которых сообщают историки конъюнктуры. Интересуясь установлением обобщений, теоретик лишь слегка касается различий между последовательными циклами одной и той же страны или между синхронными циклами различных стран. Он имеет в виду идеальный или типичный случай, якобы построенный по образцу действительности и суммирующий все ее подлинно существенные черты. Этот прием не вызывал бы критики лишь в том случае, если бы теоретик брал на себя труд проверить соответствие своей идеальной конструкции с действительностью. Некоторые из современных исследователей производят такую проверку открыто и достаточно подробно; другие, несомненно, полагают, что сами для себя они произвели такую проверку, но избавляют своих читателей от тяжелого труда оценки своих доказательств. Но во всяком случае концентрация внимания теоретиками на идеальном случае не означает, что они отрицают изменчивость явлений; это означает лишь, что они, желая получить более ясное представление о том, что им представляется основным, оставляют изменчивость явлений в стороне.
Однако в двух пунктах большинство теорий экономических циклов расходится с понятием этих циклов, развитым на основе обзоров конъюнктуры. Эти пункты были подвергнуты рассмотрению в гл. IV и отмечены в предыдущем разделе, но о них следует упомянуть и в настоящей связи. 1) Большинство теоретиков считают кризисы за одну из фаз всякого цикла, хотя лишь немногие из авторов дают "кризису" такое определение, которое делает его эквивалентным "рецессии". 2) Считая за циклы интервалы между кризисами и не считая за кризисы умеренные рецессии, большинство теоретиков устанавливает продолжительность типичного цикла вдвое большую, чем та, которую в качестве типичной принимаем мы. В обоих этих пунктах концепция, построенная на основании конъюнктурных анналов и подтвержденная, как мы видели, статистическим анализом, представляется для конструктивной работы более полезной, чем конкурирующее с ней понятие теоретиков.
Равным образом, мы не можем включить в наше рабочее понятие и защищаемую многими теориями идею, согласно которой экономические циклы представляют собою смену нарушения и восстановления экономического равновесия. Те, кто берет в качестве своего отправного пункта теорему, что экономические силы имеют тенденцию к установлению устойчивого равновесия, могут считать главной проблемой вопрос о том, каким образом эта основная тенденция временами оказывается побежденной и как она затем восстанавливается. Я не избрал для себя такого отправного пункта и потому в мою задачу не входит выяснение того, каким образом существование циклических колебаний хозяйственной деятельности может быть примирено с общей теорией хозяйственного равновесия или, наоборот, каким образом эта теория может быть примирена с фактами.
Однако вопрос этим не исчерпывается. Всякий, кто имеет дело с изучением кризисов, каковы бы ни были его методологические предпосылки, вероятно, будет иметь в виду баланс сил, в особенности если его объяснение видит центр тяжести в каком-нибудь одном процессе. "Перенакопление", "перепроизводство", "недопотребление", "уровень процента, стоящий выше, чем это оправдывается экономическими условиями", "ошибки оптимизма" - все эти выражения исходят из идеи нарушенного равновесия. Они представляют собою сознательные или бессознательные выводы из общих экономических теорем. Но когда мы расширяем нашу проблему и включаем в нее рассмотрение многочисленных процессов и всех фаз циклов, то идея равновесия при рассмотрении всего движения в целом становится менее полезной, чем при рассмотрении отдельных деталей. Если мы будем понимать равновесие не в смысле механики, а в смысле бухгалтерии, как указывалось в последнем разделе гл. II, то мы сможем сравнить один ряд факторов или сил с противостоящим ему рядом, отметить, какой из этих рядов в данный момент превышает другой, и исследовать, какие результаты порождает такое превышение. Но можем ли мы составить себе полезное для нас представление о равновесии всей системы в целом, если эта система включает количества благ в физических единицах, цены и агрегаты благ в денежной оценке, т. е. факторы, которые не могут быть скомбинированы в два противостоящие ряда? Если бы мы могли свести каждый фактор к его денежной оценке, то задача была бы решена; но при этом мы вынуждены были бы пренебречь качественными различиями этих факторов, имеющими огромное значение. Правда, мы могли бы установить связь качественно-различных факторов нашей проблемы через их отношение к видам на получение прибылей; но мы не можем сложить все эти факторы вместе и таким образом получить результаты, которые помогали бы освещению проблемы.
5) Элементы устанавливаемые в основе статистического анализа. Наша совокупность статистических данных походит на совокупность данных конъюнктурных анналов и отличается от теорий в том, что эти данные имеют дело с реальными циклами исторической действительности, т. е. с колебаниями, которые наблюдались в определенных странах и в определенное время. Отсюда статистическим анализом можно пользоваться для проверки тех элементов нашего понятия, которые были установлены на основе текущих обзоров конъюнктуры. Такая проверка подтверждает с еще большей определенностью тот взгляд, что экономические циклы идут непрерывно, что они изменяются, что подобно большинству социальных явлений они изменяются по продолжительности и интенсивности и по продолжительности и интенсивности составляющих их фаз, что синхронные колебания в различных странах, имеющих хозяйственные связи друг с другом, обнаруживают тенденцию строиться по одной и той же схеме и что ход конъюнктуры часто меняется под влиянием факторов внекономического происхождения.
С другой стороны, совокупность наших статистических материалов сходна с данными теорий и отличается от совокупности данных анналов в том отношении, что она имеет дело, скорее, с экономическими процессами, чем с состоянием отдельных отраслей народного хозяйства. Отсюда впечатление, которое получается от обзора теорий, что экономические циклы представляют собою в высшей степени сложный агрегат колебаний различных процессов, становится после анализа статистических данных еще яснее. И хотя статистика имеет дело с реальными историческими циклами, мы можем скомбинировать ее различные данные до известной степени таким образом, чтобы проверить теоретические концепции относительно того, какие черты циклов, наблюдавшихся в действительности, являются типичными и какие случайными.
Помимо подтверждения определенных элементов понятия о циклах, построенного на основе других источников, совокупность статистических данных фиксирует наше внимание на двух новых признаках, которые лишь намечались, но не выявлялись отчетливо анналами и отдельными теориями.
Временные ряды показывают, что циклические колебания, характеризующие различные экономические процессы, отличаются между собой по своей амплитуде и временной последовательности; далее, они показывают приблизительно, насколько именно эти колебания отличаются по амплитуде и в каком именно порядке они следуют во времени.
Равным образом временные ряды показывают, что циклические колебания большинства (но не всех) экономических процессов комбинируются с колебаниями других видов, с такими, как основной и вторичный вековой уровень, сезонные и беспорядочные или иррегулярные колебания.
Разработав специальные методы выделения вековых тенденций и сезонных колебаний, статистики дали нам возможность видеть циклические колебания с большей ясностью; что же касается выделения беспорядочных колебаний временных рядов, то здесь они добились пока очень незначительных результатов. Поэтому нам приходится иметь дело с материалами, которые в лучшем случае показывают комбинацию беспорядочных и циклических колебаний. Но даже и при этих условиях мы можем разделить временные ряды на группы по признаку правильности их колебаний и по степени соответствия этих колебаний друг другу. Колебания некоторых временных рядов как умеренные, так и резкие обнаруживают лишь слабые признаки ритмичности. Но имеется значительное количество и таких временных рядов, которые обнаруживают достаточную регулярность циклических колебаний, в общем соответствующих друг другу и показаниям наших конъюнктурных анналов. Последнее и дает нам уверенность в правильности одного из основных элементов нашей концепции экономических циклов, а именно - повторяемости смены расцвета, рецессии, депрессии и оживления.
3. Разбор двух возражений
Один из элементов нашего рабочего понятия экономических циклов был оспорен Артуром Адамсом, который утверждает: "Ошибочно думать, что циклические движения непрерывны. Каждый из экономических циклов в значительной мере стоит отдельно и отличен как от предшествующего, так и от последующего цикла. Между концом одного цикла и началом другого может пройти значительное время". Адамс иллюстрирует это утверждение ссылкой на американский опыт: "С 1893 г. до промышленной экспансии 1905-1906 гг. не было ни одного периода расцвета. Равным образом, после паники 1907 г. не было ни одного периода расцвета вплоть до экспансии 1915-1920 гг., вызванной мировой войной".
Наоборот, наши анналы и индексы, с которыми мы сравнивали анналы, показывают, что между 1893 г. и 1907 г. наблюдался "слабо выраженный" (submerged) цикл, окончившийся рецессией в начале 1896 г., что второй период несколько большего оживления хозяйственной деятельности окончился очень слабой реакцией в 1900 г. и что, наконец, третий период экспансии окончился "паникой богатых людей" в 1903 г. Равным образом, и между 1907 и 1910 гг. наши анналы и индексы обнаруживают три цикла, отмеченные рецессиями в 1910, 1913 и 1918 гг.
Однако, различие между точкой зрения Адамса и нашей является в большей степени различием в применении терминов, чем различием в констатировании фактов. Адамс признает, что между 1893 г. и 1905 г., а также между 1907 г. и 1915 г. "имело место некоторое колебание цен, кредита и прибылей". Он, однако, полагает, что "эти незначительные движения, происходящие в течение всего лишь нескольких месяцев, имели слишком маловажный характер, чтобы их обозначать как циклические колебания". То, что мы называем здесь экономическими циклами малой амплитуды, Адамс называет "периодами колебания вокруг уровня экономического равновесия".12 По его терминологии, ни одно колебание не является экономическим циклом, если только его фаза расцвета, не превращается в "бум".
Поскольку факты приняты во внимание, постольку, может быть, и не особенно существенно, каким из этих различных терминов мы будем пользоваться. Какой бы точки зрения ни держаться, все равно нужно решить проблему, почему иногда период оживления вырастает в интенсивный и продолжительный расцвет, и почему в других случаях этот расцвет бывает умеренным и кратким. Но всякий, кто возьмет на себя труд измерить амплитуды последовательных колебаний многих временных рядов в течение значительного периода, найдет, что они распределяются около их центральной тенденции таким образом, при котором у него не будет никакого основания для противоположения экономических циклов и того, что Адамс называет "колебаниями около уровня равновесия".13 Наше исследование получит более систематический характер, если мы будем рассматривать все циклические колебания, как принадлежащие к одному и тому же виду явлений, и подвергнем изучению изменения амплитуды, продолжительности и других измеримых свойств этих явлений.
Профессор Ирвинг Фишер сомневается в состоятельности нашего понятия экономических циклов в целом и ставит вопрос: не является ли вообще "экономический цикл" мифом. Главный из его аргументов сводится к следующему:
"Если под экономическим циклом понимать лишь тот статистический факт, что конъюнктура колеблется вверх и вниз по сравнению со своим средним уровнем, то тогда не приходится отрицать существования цикла и притом- не только в конъюнктуре, но и в любых иных статистических рядах! Если для того, чтобы показать общее движение населения, мы проведем плавную кривую, то фактические данные о населении должны быть обязательно иногда несколько выше, а иногда несколько ниже этой средней линии уровня... Подобным же образом метеорологические условия неизбежно колеблются около собственных средних; так же колеблются и шансы игры в Монте-Карло. Но следует ли из этого, что мы должны говорить о "цикле движения населения", о "метеорологическом цикле" или о "цикле Монте-Карло"?
Я не вижу никаких иных оснований, чтобы признавать "экономический цикл". Он представляет простое колебание ряда около своей собственной средней. Однако идее цикла приписывается более богатое содержание, чем простая изменчивость. Эта идея предполагает регулярную последовательность сходных колебаний, обладающих тем или иным видом повторяемости, так что, как и в случае смены фаз луны, приливов и отливов моря, движения волн или качаний маятника мы можем предсказать будущее на основе той схемы, которая сложилась на основе прошлого опыта и относительно которой мы имеем основание полагать, что она будет точно воспроизводиться в будущем. Но, разумеется, мы не располагаем такими возможностями для предсказания погоды или удачи в Монте-Карло. Располагаем ли мы подобными возможностями в отношении конъюнктуры? Нет, не располагаем, поскольку доминирующая роль в хозяйственной деятельности принадлежит изменениям в уровне цен" 14.
Профессор Фишер оказал ценную услугу исследователям проблемы экономических циклов, подвергнув критике в столь резких выражениях их самое основное понятие. Полностью опровергать этот взгляд здесь значило бы снова изложить многие из фактов, которые были приведены в предыдущих главах и суммировались в предыдущих разделах. Это неисполнимо; но имеет известный смысл напомнить некоторые группы фактов, которые могут быть противопоставлены этому вызову.
Даже и в тех случаях, когда экономические временные ряды сводятся к процентным отклонениям от вековых тенденций, исправленным на сезонные колебания, отклонения эти в некоторых случаях обнаруживают такую же иррегулярность, как и колебания погоды или "удача в Монте-Карло". Но имеются многие ряды, о которых этого сказать нельзя. Колебания производства чугуна, процента безработных, расчетных операций и разрешений на постройки, если ограничиться здесь лишь несколькими примерами, будучи нанесены на диаграмму, обнаруживают решительно меньшую беспорядочность, чем изображенные на диаграмме колебания погоды, чистого ввоза-вывоза золота или урожая картофеля. Ни в одном из этих случаев колебания не являются очень регулярными, но все же во многих случаях, несмотря на неспособность статистиков отделить то, что они называют "циклическими изменениями", от "беспорядочных" пертурбаций, они далеко не вполне случайны. Далее, относительно иррегулярно-циклических колебаний тех рядов, каждый из которых обнаруживает известное сходство закономерности, было найдено, что по своей последовательности, продолжительности и амплитуде движения они имеют друг с другом достаточно правильные отношения, многие из которых были уже отмечены экономической теорией. Наконец, в отношении временной последовательности и направления эти взаимно-связанные колебания находят достаточное подтверждение в данных конъюнктурных анналов, констатирующих на протяжении длительного времени и ряда стран повторяемость расцвета, рецессии, депрессии и оживления.
Установить, насколько регулярно повторяется эта последовательность, и изучить ее характерные свойства, причины и следствия - составляет ту проблему, над которой работают исследователи экономических циклов. Они говорят о циклических, а не о периодических колебаниях потому, что первый термин не предполагает строгой правильности повторений. Для них идея "цикла" имеет "большее содержание, чем только изменчивость". Но в содержание ее не входит признак периодичности. Все те, кто занимается предсказанием конъюнктуры будущего на основе определенной временной схемы, не использует, а искажает это понятие. То, что они знают о повторяемости, не дает еще им возможности делать основательных и удачных предсказаний конъюнктуры. Но в этом обстоятельстве они видят основание не для того чтобы отказаться от дальнейшей работы, а для того, чтобы, наоборот, усилить ее в будущем.
Никто из компетентных лиц не ставит вопроса о желательности объективного изучения колебаний хозяйственной жизни. Сам проф. Фишер является одним из выдающихся работников в этой области. Но он полагает, что те частные проблемы, которые входят в состав более широкой проблемы, которая в Америке известна как проблема "экономических циклов", а в Англии - как проблема "торгово-промышленного цикла", разрабатывались бы с большим успехом, если бы она получила новое название. Возможно, что для нее будет найдено такое новое название, которое окажется столь же удовлетворительным, как и прежнее, но будет давать меньше поводов для ложных толкований. В таком случае это название должно быть принято. Но требованиям современного исследования не удовлетворяет ни одно из таких неопределенных по содержанию терминов, как "экономические волны", "экономические колебания", "промышленные колебания", или "теория конъюнктуры". Выше мы уже видели уверенность различных исследователей в том, что они открыли различные типы колебаний временных рядов, как вековые тенденции, "длинные волны", вторичные уровни, основные циклы, торговые циклы (наиболее употребительное обозначение для изменений конъюнктуры в период между кризисами), - экономические циклы, сезонные колебания, беспорядочные пертурбации. Возможно, что каждый из этих типов движения, который выдержит критическую проверку, станет предметом интенсивного изучения со стороны экономистов-статистиков, экономистов-теоретиков или, лучше всего, тех лиц, которые объединят в себе эти две слишком часто разделяемые области исследования. По мере роста знания будет расти и потребность в специальных наименованиях, необходимых для характеристики каждого из этих типов колебаний и для различения их друг от друга. Но отказ от наименования, которое пользуется в настоящее время широким распространением для обозначения одного из указанных типов колебаний, до замены его лучшим термином, может создать большие трудности, чем те, которые проистекают в настоящее время от неправильного понимания слова "циклы". В то же время, благодаря всеобщему признанию этого слова, в других отраслях знания для обозначения феноменов повторяющихся, но не периодичных, делает его значение для мыслящей части общества понятным.15 По-видимому, наиболее легкий выход из затруднения будет заключаться в том, чтобы критики внимательно вдумывались в то значение, которое исследователи экономических циклов придают этому термину.
4. Определение экономических циклов (business cycles)
При систематическом исследовании экономических циклов должны быть приняты во внимание все те характерные черты их, которые были установлены выше при анализе конъюнктурных анналов, теоретических гипотез и статистических данных. Вместе с тем очень полезно получить краткое определение циклов, определение, которое должно суммировать как те черты, которые характеризуют род явлений, к которому принадлежат циклы, так и те черты их, которые отличают экономические циклы от других упомянутых выше феноменов, с которыми они могут быть смешаны.
Экономические циклы представляют собой один из видов колебаний хозяйственной деятельности организованного общества. Прилагательное "экономические" мы берем здесь в таком смысле, что сюда относятся колебания лишь в тех областях ("business") хозяйственной деятельности, которая ведется систематически на основах коммерческого расчета.16 Существительное "циклы" исключает из этого понятия все колебания, которые не повторяются с известной регулярностью. Экономические циклы могут быть смешиваемы со следующими явлениями; 1) с изменениями конъюнктуры, происходящими между "кризисами", 2) с колебаниями, которые охватывают более узкую область хозяйственной деятельности общества, 3) с колебаниями, которые повторяются ежегодно, и 4) с менее определенно выявленными вторичными уровнями и "длинными волнами". От первого вида перечисленных колебаний экономические циклы отличаются тем, что каждый цикл включает в себя лишь одну волну подъема и падения или, наоборот, падения и подъема хозяйственной деятельности, в то время как интервалы между "кризисами" часто включают две, а иногда и три такие волны. От второго вида колебаний экономические циклы отличаются своей большей широтой и объемлющим характером. От третьего - тем, что они повторяются не ежегодно. От четвертых они отличаются меньшей продолжительностью.
На основании этого анализа мы выявим как рядовые, так и видовые признаки экономических циклов. Экономические циклы представляют собой повторяющиеся подъемы и упадки, проявляющиеся в большинстве экономических процессов общества с достаточно развитой системой денежного хозяйства, не разложимые на какие-либо иные волны с амплитудой, приблизительно равной их собственной амплитуде, и продолжающиеся в странах, стоящих на различных стадиях экономического развития, в среднем от 3 до 6 лет.
Отдельные виды связанных между собой социальных (или естественных) явлений очень редко могут быть отграничены одно от другого с такой степенью точности, чтобы не оставалось никаких сомнений. Конечно, наши конъюнктурные анналы и статистические индексы показывают нам ряд и таких колебаний, которые трудно отнести к той или иной схеме. И если предложенное определение выяснит лишь то, что типично для интересующего нас явления, то это значит, что оно достигло своей цели.

II. ПЛАНЫ ДАЛЬНЕЙШЕГО ИССЛЕДОВАНИЯ
Дать обоснованное исследование явления экономических циклов при том их понимании, к которому пришли мы, составит задачу второго тома настоящей работы. Там будет идти речь не о циклах, имевших место в исторической действительности, и не о циклах, представляющих собой чисто умозрительное построение, а о циклах среднего порядка между ними. Мы постараемся установить, какие свойства присущи всем или большинству циклов, и сосредоточии на них свое внимание, оставляя несколько в стороне те свойства, которые характерны лишь для одного или нескольких конкретных циклов. В этом отношении наша задача, будет сходна с задачей экономиста-теоретика и отлична от задачи экономиста историка, экономиста-журналиста и работника в области прогнозов конъюнктуры. которые имеют дело с конкретными циклами. Но наш путь определения того, что является типичным и что исключением, будет путем статистика и историка, стремящихся сделать известные обобщения. Конечно, сосредоточив внимание на том, что является типичным, мы неизбежно должны будем подвергнуть так же рассмотрению, каким образом различные изучаемые явления распределяются около их центральной тенденции. Иногда те черты циклов, которые будут отмечены при помощи этого метода, как типичные, окажутся равнозначащими с теми чертами их, которые теоретики-экономисты называли "нормальными". Однако нет никакой уверенности в том, что такое соответствие будет обычным явлением.
Материалами для нашего анализа будут те же три коллекции данных, на основе которых было построено и наше рабочее понятие экономических циклов - конъюнктурные анналы, статистические ряды и экономические теории. Они представляют собою те формальные, объективные источники, которыми может пользоваться всякий исследователь. В дополнение к этому, подобно всякому исследователю хозяйственной деятельности, мы используем запас собственного опыта и наблюдений, который представляет собой своеобразное сочетание общих и индивидуальных элементов.
Методы, которыми мы будем пользоваться, должны быть таковы, чтобы возможно было бы все эти разнородные элементы привести в единое целое. Мы должны быть готовы к рассмотрению таких конкретных событий, какие исследует историк, но мы должны при этом разбивать их на группы, как делает статистик, и интерпретировать их по методу экономиста-теоретика.
Равным образом мы должны быть готовы к приложению техники математической статистики; но в нашем статистическом исследовании мы должны руководиться рациональными гипотезами и проверять наши статистические выводы на данных истории. Далее, при случае мы должны быть готовы вместе с теоретиком к анализу воображаемых построений, хотя при этих построениях мы не должны по возможности упускать из виду те статистические и исторические данные, на которых они могут быть проверены. Конечно, ошибочно полагать, что широкое пользование фактическим материалом уменьшает необходимость в тщательном теоретическом анализе.
При нашей попытке дать обоснованное исследование экономических циклов, именно такой анализ должен стать нашим главным делом; но этот анализ должен исходить из фактических наблюдений и сообразоваться с таковыми; наблюдения же должны быть настолько объемлющими, насколько позволяет история и настолько точными, насколько это возможно при современном уровне статистики.
Понятие об экономических циклах, которое было развито в настоящем томе, показывает, что основным вопросом второго тома будет, скорей, вопрос о том, "как протекают экономические циклы", а не вопрос о том, "что является причиной этих циклов". Мы стремимся понять комплекс колебаний в многочисленных взаимно-связанных процессах, и наш ближайший шаг должен состоять в тон, чтобы подробно изучить действие этих процессов в их отношении друг к другу и в их целом. Сделав этот шаг, мы увидим, какой смысл имеет вопрос о причинах экономических циклов и в каком смысле на него можно ответить.
Но во всяком случае мы можем без колебаний говорить о причинных отношениях между многочисленными факторами процессов, колебания которых мы прослеживаем, повсюду, где такая терминология представляется уместной. Люди формулируют свои суждения относительно экономических связей различным образом. Можно с одинаковым правом сказать, что при известных условиях увеличение в заказах на товары сопровождается ростом цен, или что оно позволяет продавцам повысить цены, или что оно имеет тенденцию вызывать рост цен, или что оно является причиной роста цен. Каждая из этих фраз имеет оттенок несколько отличный от другой, о чем мы редко думаем в процессе нашей конструктивной работы. Но в приведенном перечне есть лишь одно утверждение, которое мы можем в достаточной мере проверить, а именно - бесцветное утверждение, что одно событие следует за другим. И мы стояли бы на наиболее твердой почве, если бы ограничивались приведенным утверждением относительно последовательности событий в прошлом. Однако в нашем исследовании последовательности событий, подлежащей проверке и в наших размышлениях о будущем развитии было бы безрассудно идти наперекор установившейся привычке мыслить в терминах причин и следствий. Многие из, наиболее удачных догадок о новых истинах зарождались именно в этой форме совершенно так же, как многие плодотворные мысли были внушены аналогиями. Мы пользуемся аналогиями как производя производство исследования, так констатируя их результаты, хотя мы все и знаем, что аналогия не доказательство. Подобным же образом мы мыслим и пишем в терминах причинности, хотя мы и признаем невозможность установления необходимой связи между предыдущим и последующим членом ряда.
Но какими бы причинными связями мы ни пользовались при анализе экономических циклов, все же этот анализ останется аналитическим описанием взаимно-связанных процессов. Иногда эти причинные связи кажутся чрезвычайно сложными. Явление, которое представляется нам сначала следствием, затем превращается в причину; и так как тот процесс, за которым мы следим, непрерывен, то мы должны рассматривать одно и то же явление сначала с одной, а потом с другой точки зрения. Но даже и этот прием представляет собою известное упрощение фактов: в действительности каждый фактор данной комбинации явлений в каждый данный момент находится под влиянием других факторов и сам влияет на них; он не является сначала причиной, а затем следствием, а является причиной и следствием в течение всего времени. Далее, мы не можем следить за одной только цепью причинных влияний. Взаимодействие между экономическими процессами настолько важно, что мы не можем оставить его в стороне. Почти каждое следствие, с которым мы имеем дело, окажется результатом соединенного действия многих причин и в свою очередь одной из причин многочисленных следствий.
В виду такой сложности явлений на деле окажется более целесообразным трактовать нашу проблему скорей в терминах отношений между различными комплексами переменных, чем в терминах причин и следствий.
Основная иллюстрация тех трудностей, перед которыми мы стоим, и возможные пути их преодоления даны в главе II. Чтобы не запутаться в лабиринте процессов, за которыми, как указывает глава I, мы должны проследить, мы пытались найти какую-нибудь общую схему для того, чтобы охватить все эти процессы в их систематическом отношении друг к другу. Предложенная нами схема сводится к тому, чтобы связывать каждый фактор с текущими и возможными прибылями хозяйственных предприятий. Прибыли представляют собой чистый количественный результат многих слагаемых и вычитаемых. Мы не анализируем прибыли и убытки в терминах причин и следствий, хотя часто и даем причинное объяснение изменениям их отдельных составных частей. Поэтому, когда во втором томе мы подойдем к использованию схемы гл. II, то мы сосредоточим все внимание на, чистых результатах взаимно-связанных изменений многих переменных, пользуясь причинным анализом лишь в отдельных случаях.
Наилучшим планом рассмотрения вопроса о том, как протекают экономические циклы, является план, который диктуется фазами этих циклов - расцвет, рецессия, депрессия и оживление. По этому плану удобно использовать нашу коллекцию конъюнктурных анналов и рассмотренные теории, так как анналы отмечают изменения в напряжении хозяйственной деятельности, а большинство теорий объясняют кризисы тем, что происходит во время расцвета, оживления же тем, что происходит в период депрессии. Но статистические ряды непрерывны. Каким же образом мы можем разбить их на части для того, чтобы использовать их при указанном плане исследования, когда рассматриваются сначала как единое все депрессии, затем все периоды рецессий и т. д.?
Большинство статистических данных, собираемых Национальным Бюро, относятся к Соединенным Штатам, Англии, Франции, Германии, т. е. к странам, включенным в наш том "Конъюнктурных анналов". Для каждой из этих стран д-р Торп составил таблицу, отмечающую не только последовательные циклы, но и последовательные фазы каждого цикла. Мы воспользуемся его делением в том виде, в каком оно дано, или с теми изменениями, которые окажутся желательными при рассмотрении всех деталей. Благодаря этому мы сможем разбить период, охватываемый каждым данным рядом сначала на отдельные циклы, а затем на периоды расцвета, рецессии, депрессии и оживления. Иначе говоря, мы имеем в виду анализировать все временные ряды данной страны по определенной схеме, построенной на основании конъюнктурных анналов той же страны, а не на основе различных схем, которые могут быть получены в процессе изучения самих статистических рядов. В большинстве случаев мы можем сказать наперед, что циклы и фазы отдельных рядов будут достаточно соответствовать принятым типичным схемам по странам, для которых они построены. Но будут случаи и значительного временного расхождения рядов, случаи, которые наш план позволит выделить особенно рельефно, и на которых мы научимся очень многому.
Циклы, которые мы исследуем, протекают от одной низшей точки до другой низшей точки. Иначе говоря, экономический цикл представляет собою волну, которая поднимается, разбивается и падает. Мы могли бы также считать цикл от вершины до вершины и представлять его как падение, за которым следует подъем. Главное основание, почему мы отдаем предпочтение первому способу рассмотрения, заключается в том, что он дает нам возможность включать несколько больше случаев позднейшего времени, чем второй способ.
Разделив ряд на указанном основании на отдельные циклы, мы имеем в виду исчислить его среднюю в пределах каждого цикла и затем превратить первоначальные помесячные или поквартальные данные каждого цикла в относительные величины, приняв указанную среднюю соответственно за сто. Этот прием придаст всем рядам сравнимую форму и даст вам многочисленные результаты, которые можно будет использовать различным путем. Затем, каждый цикл каждого ряда будет представлен четырьмя диаграммами, одна из которых покажет относительные колебания в течение фазы расцвета, другая - в период рецессии, третья - депрессии и четвертая - оживления. Однако эти диаграммы будут построены с некоторым перекрытием указанных периодов: напр., диаграммы для периодов оживления хозяйственной деятельности будут включать в себя последние моменты предшествующей депрессии и начало следующего периода расцвета. Диаграммы, построенные таким образом и обладающие логарифмической вертикальной шкалой, могут быть использованы в очень многих комбинациях. Мы можем сравнивать колебания отдельных рядов данной страны в последовательные периоды данной фазы и сопоставлять колебания противоположных фаз; мы можем изучать движение сходных рядов различных стран по одним и тем же фазам одного и того же цикла; мы можем брать отдельные ряды по той же стране за ту же фазу того же цикла и т. д.
Беря среднюю каждого ряда на протяжении каждого цикла как основание для исчисления относительных, мы в значительной мере элиминируем вековые тенденции. Сверх этого наш план включает в себя лишь минимум дальнейшей "обработки" имеющихся данных. Но будучи в основе простым, он при желании может быть усложнен. В случае необходимости тем или другим принятым методом могут быть установлены и затем исключены сезонные колебания ряда. Ряды до их подразделения на отдельные циклы могут быть обращены в процентные отклонения от их векового уровня. Далее, процентные колебания наших данных вокруг средней ряда в пределах данного цикла могут быть выражены в единицах их средних квадратических отклонений. Вообще можем использовать почти любой из тех технических приемов, полезность которого засвидетельствована трудами других исследователей или нашим собственным опытом. Особое преимущество нашего плана состоит в том, что он помогает нам подойти к наиболее сложной проблеме, которая встречается при анализе временных рядов, - к проблеме отделения циклических колебаний от колебаний беспорядочных. Процедура наших исчислений непосредственно нигде не включает в себя такого отделения; но когда мы берем диаграммы, отображающие движение какой-нибудь переменной в течение (скажем) периода расцвета многочисленных циклов по разным странам, то мы будем в состоянии с некоторой уверенностью сказать, какие изменения ряда являются характерными и какие исключительными. В некоторых случаях мы могли бы пойти дальше и установить связь отклонений от обычного направления изменений с определенными пертурбационными факторами, о которых мы знаем из источников не статистического порядка.
Разумеется, наша основная проблема при пользовании статистическими данными будет заключаться в отыскании того, какие отношения существуют между циклическими колебаниями, характерными для различных экономических процессов. Как было указано в гл. III, связи между ними могут быть различного типа. Изучая влияние одной переменной на другую, мы привыкли ставить вопрос, влияет ли на эту другую переменную абсолютная величина первой, изменение в направлении ее движения, сумма ее изменений от одной даты до другой или процент ее изменений. Мы пытаемся также ставить вопрос о том, нужно ли обращать внимание на накопленные изменения переменных в течение данного периода, или на ту сумму, на которую переменная превосходит критический пункт, или на ее отношение к какой-нибудь другой переменной. Таков далеко не исчерпывающий перечень тех возможностей, которые могут стать перед статистиком. Кроме того в качестве результатов влияния на вторую переменную могут быть учтены изменения в ее общей величине, в направлении ее движения, в сумме ее изменений, в ее проценте роста или падения или какие-нибудь другие многочисленные возможности. Влияние данной переменной на вторую переменную может быть, опять-таки, одно, в то время как ее влияние на третью и четвертую переменную будет другое. Равным образом влияние двух или большего числа процессов на данную переменную может быть различно. Все эти проблемы осложняются далее необходимостью установить, насколько быстро вызывается данный эффект, как он распределяется во времени и является ли он постоянным по своему характеру в продолжение всех фаз экономических циклов или меняется от фазы к фазе.
Существует еще целый ряд важных проблем, которые имеют отношение к экономическим циклам, но эти проблемы не могут быть рассмотрены в пределах только что очерченных рамок. В частности, анализ того, что происходит в периоды расцвета, рецессии, депрессии и оживления, должен быть дополнен анализом и проверкой некоторых гипотез, касающихся вопроса об изменении экономической деятельности в длительные периоды времени, в связи с чем анналы должны рассматриваться на протяжении значительного периода времени и взяты в целом, а статистические ряды должны быть а не сегментами. Но все эти проблемы станут гораздо яснее, чем в настоящее время, после того, как последовательные фазы экономических циклов будут подвергнуты подробному анализу.
Ни одна группа исследователей настоящего поколения не может надеяться на то, чтобы охватить всю ту область исследования, которая намечена предыдущими указаниями. Задача отыскания лучших форм определения отношений между различными экономическими процессами представляет собой такую задачу, над разрешением которой будет работать все большее число и все более квалифицированных исследователей в течение длительного времени, предел которого никто не может указать. Но то, что смогут сделать наши преемники, это зависит от стадии развития, на которой изучение проблемы перейдет к ним от нас. Наша задача состоит в том, чтобы по возможности лучше использовать имеющиеся в нашем распоряжении средства, т. е. те выводы, которые дает экономическая теория в ее современном состоянии, те статистические и исторические данные, которые имеются в нашем распоряжении, и все те построения, которые мы сможем сделать сами.
ПРИМЕЧАНИЯ:
1См. анализ взглядов Бем-Баверка: Eugene von Bem-Baverk. Nationalokonomischen Krisentheorien", Zeitschrift fur Volkswirtschaft, Sozialpolitik und Verwaltung, I. VII, стр. 112.
2Ср. тщательно разработанную аргументацию д-ра Адольфа Лове о том, что проблема циклических колебаний не может рассматриваться при помощи "вариационного метода" чистой экономики и что она принадлежит к числу проблем, требующих развития динамической теории, в которой понятие равновесия будет заменено понятием "циклических колебаний". Wie ist konjnnkturtheorie iiberaaupt moglich?" Weltwirtschartliche Archiv, октябрь, 1926, т. XXIV, стр. 165-197.
3См. гл. 1, раздел III.
4Чтобы оцепить задачу долголетних работ Жюглара, следует изучить 2-е изд. его "DPS Crises Comnierciales", Paris, 1889 г. Цитаты, приведенные в тексте, взяты со стр. 21.
5См., например, замечания Ментора Бунятяна относительно основного содержания теории кризисов: Les Crises Economiques, Paris 1'il'2. стр. 28.
6Ср. заглавия нижеследующих книг и указанные страницы iix: A. Аtrallon, Les Crises Periodiques de Surproduction, Paris, 1913, т, I, стр. 8-14. М. Воuniatian, Les Crises Economiques - Essai de Morphologie et Theorie des Crises Economiques Periodiques, Paris, 1922, стр. 42-45; J. Lesсure, Des Crises Generates et Periodiques de Surproduction, 3-е изд., Paris, 1913, стр. 1-288 (см. интервалы между датами описываемых кризисов); Ludwig Pohle, Bevolkerungsbewcgnng, Kapitalbildung und periodische Wirtschaftskrisen, Gottingen, 1902; статистические данные в приложении, особенно стр. 89-90. Здесь еще раз, может быть, уместно разъяснить уже отмеченное в тексте и кажущееся словесным противоречие: то, что теоретик считает истинным "нормально", он далеко не всегда находит истинным "исторически".
7Например, "Le Cycle est parcouru dans le monde entier sur toutes les places de commerce"; "Des Crises Commerciales", 2-е изд., стр. 17.
8Например, мисс Дороти Томас назвала свою ценную работу: "Social Aspects of the Business Cycle", а Ф. Левингтон в качестве заглавия берет "The Trade Cycle".
9Ср. гл. III, раздел VI, 2, "Критика индексов хозяйственной конъюнктуры".
10Мне представляется, что если назвать предмет нашего исследования экономическим циклом", то это грозит нам большими опасностями, чем если мы назовем его "экономическими циклами". На этом основании я предпочитаю в большинстве случаев последний термин. Несомненно также, что безопаснее говорить о "торговых кризисах", чем о "торговом кризисе".
11См. II, раздел 1, "Метрическая связь между экономическими циклами в употреблением денег".
12См. Arthur В. Adams, Economics of Business Cycles, New-York, 1926, стр. 196-197 и 213.
13См. "Амплитуда экономических циклов", в гл. III, раздел VI, 3 (7).
14См. Irving Fisher, "Our Unstable Dallar and the So-called Business Cycle". Journal of the American Statistical Association, June, 1925, т. XV, стр. 191, 192.
15См. выше гл. 1 , раздел III, -; "сшачешн; шр.мииа циклы".
16Данное место книги Митчеля переводится вольно. Это является последствием невозможности точного перевода термина "business". На протяжении книги он переведен в различных случаях различно в зависимости от общего смысла соответствующих мест. В данном случае он переведен термином "экономические". Это, конечно, не вполне точно, так как понятие "экономический" шире, чем понятие "business". Такой перевод термина "business" принят здесь потому, что он встречается в связи с термином "cycles". Соединенный ясе термин "business cycles", который стоит в заголовке книги М., переведен нами всюду словами "экономические циклы". Правда, его можно было бы перевести также термином "конъюнктурные циклы". Однако, учитывая, что английские авторы не пользуются термином конъюнктура, что он вообще толкуется очень разнообразно и что против него до известной степени возражает сам Митчель (см. стр. 479), мы остановились здесь на предлагаемом переводе. Правда, в ряде случаев, в частности при переводе термина "business conditions", мы пользуемся и термином "конъюнктура". Но сочетание "business cycles" передано всюду термином "экономические циклы".
Как найти и купить книги
Возможность изучить дистанционно 9 языков

 Copyright © 2002-2005 Институт "Экономическая школа".
Rambler's Top100