economicus.ru
 Economicus.Ru » Галерея экономистов » Федор Андреевич Щербина

Федор Андреевич Щербина
(1849-1936)
Feodor A. Sherbina
 
Источник: Голос минувшего /Кубанский исторический журнал ╧1-2'99.
Л.М. Галутво
К 150-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ Ф.А. ЩЕРБИНЫ1
Память делит жизнь на будни и юбилеи. Есть в этой традиции -- отмечать "круглые" даты - некий сокрытый и глубинный смысл. Череда повседневных забот и труда, каждодневных достижений и разочарований, минуя очередные возрастные годовщины, спрессовывается в десятилетия, и приходит время подведения итогов. Федор Андреевич Щербина за свою долгую 87-летнюю жизнь не единожды оказывался в положении юбиляра, всякий раз испытывая волнение, чувства благодарности судьбе и ответственности перед окружающими. Тем, кто хотел сказать добрые слова в его адрес, незачем было выискивать в послужных списках формальные биографические подробности, Ф.А Щербина относился к разряду людей, о которых судят не по месту работы и занимаемым должностям, а по значимости сделанного, сказанного. по соотношению пользы и вреда, принесенных обществу. как конечному результату, достигнутому в жизни. Оставив след в истории, он неизбежно подверг себя ее суду. Научные изыскания Ф.А. Щербины, результаты его практической деятельности и взгляды па ход исторического развития России привлекали внимание современников, вызывали горячие дискуссии на страницах периодических изданий и в специальной литераype. Наличие сторонников и оппонентов - лучшее доказательство активной гражданской позиции. Живя в бурное и трагическое время второй половины XIX - первой трети XX вв., Ф.А. Щербина был личностью ищущей, творческой и конечно же своеобразной в своих проявлениях, представлявшихся не всегда и не всем бесспорными. Но все равны перед правдой истории, которая рано или поздно расставляет акценты и выносит вердикты. Преодолев полосу искусственного забвения и незаслуженно чрезмерной критики после смерти в эмиграции, сегодня, спустя 150 лет со дня рождения, Федору Щербине по праву принадлежит одно из важных мест в нашей исторической памяти. Изучением деятельности и научного наследия потомственного казака занимаются на Кубани, в Москве, в Воронеже.
В России и за рубежом Ф.А. Щербина известен, прежде всего, как основоположник русской бюджетной статистики. Практик, чьи научные достижения по заслугам оценили академисты, избрав его в 1904 г. членом-корреспондентом Императорской Академии наук по разряду историко-политических дисциплин, трудился не в тиши кабинетов. Под его руководством с 1884 г. по 1903 г. было осуществлено подробное статистико-экономическое обследование двух крупнейших регионов России - Воронежской губернии и 12 уездов Акмолинской, Семипалатинской и Тургайской областей. В общей сложности изучению подверглись сотни тысяч крестьянских дворов центрально-черноземной зоны и киргизских (казахских) хозяйств степных районов. В год на каждого сотрудника (основной штат не превышал 15 человек) приходилось по 600 рабочих дней, т.е. двойная годовая норма. Причем экспедиционную часть выполняли за 2-3 месяца с учетом погодных условий и незанятости крестьян в полевых работах, а пастухов в перекочевках. Сведения получали путем заполнения анкет, составленных Ф.А. Щербиной (в среднем 24 вопроса), через сеть добровольных корреспондентов (грамотные крестьяне, учителя, прошедшие предварительную, специальную подготовку), число которых доходило до 350. Щербиновские опросные листы но Воронежской губернии выгодно отличались от используемых в других статистических отделениях подробностью собираемой информации. Изначально в них закладывались данные и расширенного подворного описания трудовых ресурсов крестьянского хозяйства, и его бюджетные характеристики, фиксирующие потребление и обращение денежных средств, меновые процессы, недостаток продовольствия. Подобные бюджетные монографии стали новшеством не только в отечественной, но и в мировой науке. Параллельно велись наблюдения по текущей статистике, учитывающей урожайность, валовой сбор сельхозпродукции, размеры и структуру посевных площадей, переход недвижимости из рук в руки, развитие скотоводства, метеорологические наблюдения. цены на товары и рабочие руки, количество арендуемой земли. Обобщенные материалы публиковались в периодических статистических сборниках, редактируемых Ф.Л, Щербиной вплоть до 1905 г. (всего более 50 томов). Два из них - "Крестьянское хозяйство по Острогожскому уезду" (1887) и "Сборник оценочных сведений по крестьянскому землевладению в Землянском, Задонском, Коротоякском и Нижнедевицком уездах" (1889) получили награды: соответственно Большую золотую медаль Русского географического общества и премию Харьковского университета. На базе воронежских бюджетов земский статистик издал авторские труды, принесшие ему известность и признание. Ф.А. Щербину избрали членом многих научных обществ, среди которых такие авторитетные, как Вольное экономическое. Русское географическое и др. Как создателя одного из лучших в России статистических бюро, его приглашали в качестве эксперта Черниговская, Новгородская и Олонецкая губернии. В " Сводном сборнике по 12 уездам Воронежской губернии" (1897). в "Крестьянских бюджетах" (1900) Ф.А. Щербина объяснил используемую им методику группировки первичного материала. Особое внимание он уделил классификации народных потребностей. вывел определяющие их факторы, показал зависимость государственных доходов от благосостояния населения, призывая правительство заботиться о его неуклонном росте. Даже эволюцию общественных отношений он выстраивал в соответствии с "тремя историческими законами потребностей". По его мнению. однообразные потребности существовали в первобытные времена, средние соответствовали эпохе мелкого производства и преобладания коллективного землевладения. формирование обособленных потребностей знаменовало переход к капиталистическому производству. Позднее, в эмиграции, он попытался развить закон обеспечения нормальных потребностей трудового населения в особую отрасль бюджетной статистики. Тогда же анализ производства и потребления н разных странах, произведенный на основе данных Международного института в Риме, позволил ему вывести закон зональной зависимости между плотностью населения, степенью интенсивности и продуктивностью сельскохозяйственной отрасли, который лег в основу курса "Мировой сельскохозяйственной статистики". Уже в ранних работах Ф.А. Щербина делил хозяйства по социально-экономическому положению на бедные, малоимущие, средние, зажиточные и богатые. При этом разорение и укрепление крестьянских семей связывал не с земледельческой, а с промысловой деятельностью. Подобная градация встречалась в то время- крайне редко и предвосхищала развитие статистики и последующие. периоды. В Казахстане, учитывая особенности киргизского быта, Ф.Л. Щербина создал самостоятельный образец монографическою описания, 1де специальной характеристике подверглись аулы и общинно-аульные группы, фиксировались земли, которыми пользовались казахи, и возможные варианты перекочевок. Отдельно собирались сведения о естественно-исторических условиях местности. преобладающих видах растительности, ландшафте. производились заборы и анализ почв. Данные первого в истории России описания степных областей вошли в тринадцатитомное издание, без использования материалов которого не обходится ни одно современное исследование по экономической истории указанного региона конца XIX - начала XX вв. На базе исследования сельскохозяйственных н торгово-промышленных условий района Владикавказской железной дороги, проводившегося с 1891 по 1909 гг., Ф.А. Щербина представил оригинальные разработки по железнодорожной статистике, связав ее с проблемами сельскохозяйственного производства и хлебной торговли. Наш земляк считается и зачинателем медицинской статистики. Предложенные им образцы подворно-санитарных описаний нашли широкую поддержку среди практикующих врачей.
Научные достижения Ф.А. Щербины не ограничивались чисто теоретической значимостью. Как правило. они носили прикладной характер. Так. во время голода 1892-1893 гг. и неурожая 1897 г. заведуют статистическим отделением довольно точно определил размеры необходимой населению продовольствен;' помощи, обратил внимание на пагубное влияние сыпучих песков для земледелия, вывел данные об убыли скота от чумы, анализировал развитие кустарной промышленности. Все это позволило Воронежскому земству конкретизировать ближайшие задачи в экстремальных ситуациях. При подготовке переселения крестьян из Европейской России в районы Сибирской железной дороги Ф.А. Щербина повсеместно исчисли земельные нормы, необходимые киргизам, со значительным превышением действительной потребности В результате министерство земледелия и государственных имуществ получило возможность изъять i лишки у местного населения без ущемления его интересов.
Ф.А. Щербина - первый в России земский историк, летописец. Его перу принадлежат "Воронежское земство. 1865-1889 гг. Историко-статистический обзор" (1891), получивший от Императорской Академии наук премию имени Императора Александра 11, учрежденную симбирским дворянством, первый том "Истории Полтавского земства" (1914), рукопись "Истории Золотоношского земства". Специалисты оценивают очерки Ф.А. Щербины как наиболее основательные исследования, проведенные в пореформенное время Учитывая, что значительная часть воронежских и полтавских архивов утрачена и годы Великой Отечественной войны, эти монографии с табличными приложениями не утратили своей ценности в наши дни.
Каждодневный напряженный труд не преврати. Ф.А. Щербину в пассивною созерцателя своего времени. Он постоянно находился в гуще событий, живо реагировал на изменения российской действительности, оставив солидное публицистическое наследие Статьи, иногда напечатанные под псевдонимов Ф. Андреев, Чуприна, или Земский статистик, а чащ( за подписью Ф.А. Щербина, встречались в региональных газетах и журналах, во многих популярных обще российских изданиях, таких как "Русская мысль" i "Отечественные записки", в эмигрантской периодике Они позволяют судить не только о мировоззрении и:
автора. Рассуждения Ф.Л. Щербины сохранили актуальность, читаются как современные, злободневные i даже спустя столько лет не утратили провоцирующего полемику, вызывающего на спор характера. С юношеских лет. воспитанный на традициях и обычаях казачьего самоуправления, Ф.А. Щербина осознал необходимость общественно-демократических преобразований в России. После знакомства с идеями просветительства двадцатилетний молодой человек выбрал для себя путь интеллигента, стремящегося сблизиться ( народом и служить ему своими знаниями. Практически это выразилось в его деятельности в 1868-1869 гг по организации артели переплетного, сапожного и столярного мастерства в г. Ставрополе, в создании ( единомышленниками земледельческой ассоциации в ст-це Бриньковской. просуществовавшей почти два ( половиной года. Господство просветительской доктрины предопределило и стремление пополнить собственные знания, необходимые в деле переустройства и усовершенствования экономического строя и порядков. Для обучения Ф.А. Щербина выбрал Петровско-Разумовскую сельскохозяйственную и лесную академию и отделение естественных наук физико-математического факультета Новороссийского университета. Просветительскими взглядами объяснялось и его желание поближе познакомиться с условиями труда и быта пролетариата г. Одессы, и создание кружка для повышения образовательного уровня типографских рабочих. Ф.А. Щербина был глубоко верующим человеком. Приобщению к постулатам православия способствовало влияние отца-священника, старших братьев, получивших духовное образование , и обучение в Черноморском духовном училище г. Екатеринодара и в Кавказской духовной семинарии в Ставрополе. Под влиянием гуманистической богословско-философской системы у него сформировалось не только стремление к установлению социальной справедливости, но и устойчивое неприятие какого-либо насилия, в том числе и революционного. Всякую войну, даже народную, он определял как явление, несовместимое с нравственными нормами и общечеловеческими ценностями. Ф.А. Щербина считал возможным отойти от "чистого пацифизма", смириться с борьбой лишь в исключительном случае, когда не находилось более достойного способа действенно противостоять злу и насилию. По его мнению, революционные потрясения оправдывали себя только в том случае, если они являлись результатом естественного течения исторического процесса, а не искусственно созданной авантюрой. Подготовка революции в России в 1870-е гг. казалась Ф.А. Щербине преждевременной и пустой затеей. Собственный опыт общения с крестьянами и рабочими, анализ общественного движения убедили его в том, что народные массы в силу культурной отсталости, национальной разобщенности и обширности территории страны не были подготовлены к восприятию радикальных изменений. Одной же революционной пропагандой сразу перевоспитать народ невозможно. Тем более, что сами революционеры слабо представляли себе изменения в общей системе государственного управления. В сложившихся условиях большую целесообразность Ф.А. Щербина усматривал в продолжении и углублении реформ, начатых с отмены крепостного права. Его просветительство с самого начала приобрело эволюционно-реформаторскую направленность. Наличие собственной позиции не мешало знакомству и контактам Ф.А. Щербины с видными революционерами, но определило его обособленное положение в народнической среде, аналогичное с высказыванием Ленина о Троцком: "...он с нами, но не наш". В этом же убедились и власть предержащие. Арестовав в феврале 1876 г. студента Новороссийского университета по делу Южнороссийского союза рабочих, после тщательно проведенного дознания все обвинения, связанные с деятельностью одной из первых революционно-оппозиционных организаций, с Ф.А. Щербины сняли. Однако за политическую неблагонадежность и пропаганду среди рабочих его подвергли административной ссылке. Наказание опальный казак отбывал в Вологодской губернии с июня 1877 г. по ноябрь 1880 г., вначале в г. Сольвычегодске, а затем в г. Кадникове. Именно здесь получили теоретическое обоснование его народнические взгляды, в которых переплелись славянофильская окрашенность, активное неприятие капитализма, столь свойственное Н.Г. Чернышевскому, и вера в возможность мирного переустройства российской действительности, созвучная идеям А.И. Герцена. Подвергнув детальному анализу некоторые региональные разновидности общинно-артельных форм, Ф.А. Щербина пришел к выводу о том, что они полностью соответствовали и вековым традициям, и современным потребностям трудящихся. Общественная собственность на землю, отсутствие эксплуатации, обобществление труда, гарантия равных возможностей и, самое главное, соблюдение гармоничного развития и взаимодействия частного и коллективного превращали общину в глазах ее исследователя в панацею от всех бед, делали ее универсальным инструментом прогресса. Исходя из этого, Ф.А. Щербина определял и главную задачу, стоящую перед интеллигенцией, - защищать народ и его традиционные формы социального бытия от пагубного воздействия капитализма.
Меняется мир, вместе с ним меняются человек и его взгляды. Подвергшаяся быстрым и кардинальным изменениям действительность пореформенной России в сочетании с жизненным опытом открыли некоторые новые грани и в мировоззрении Ф.А, Щербины. Он по-прежнему убежденный эволюционист-реформатор. Несмотря на занятость, ведет активную благотворительно-просветительскую работу: организует краеведческие исследования в Воронежской губернии, заботится об активизации роли земства в деле народного образования, содействует открытию дешевых, доступных и в то же время достаточно основательных народных библиотек. Но в отличие от своей прежней точки зрения Ф.А. Щербина, как и Н.К. Михайловский, перестал считать капитализм упадком и регрессом и будущее теперь связывал с буржуазным развитием. Он признал вполне приемлемым творческое развитие общинных порядков и их приспособление к новым экономическим условиям. Поражает точность, с которой земский статистик определил особенности отечественного капитализма, удивляет современность его суждений. Ф.А. Щербина полагал, что российское первоначальное накопление капитала базировалось не на хозяйственно-предпринимательской деятельности, а на различного рода ухищрениях, сводящихся к посредничеству и спекуляции - от шабайства и ростовщичества до торговли сырьем на международном рынке. Российский вариант использования наемного труда в деревне также отличался своеобразием. Ф.А. Щербина не усматривал непримиримых классовых противоречий между батраком и его работодателем. Сельскохозяйственные рабочие для него не пролетариат в чистом виде, а хозяева, хотя и расстроенных хозяйств, которые не порвали связей с собственной землей. Зажиточные крестьяне по уровню культуры и быта мало отличались от середняков и бедноты - сами участвовали в производственном процессе. Батрачество в таких хозяйствах служило второстепенным, дополнительным фактором к многолюдности крестьянской семьи. В представлении Ф.А. Щербины для всеобщего блага разумнее было не сталкивать бедняков с зажиточными, а, выбрав в качестве эталона крепкие крестьянские хозяйства, стараться "подтянуть" к их уровню все остальные. Для этого предлагалось увеличить крестьянское землевладение за счет расширения культивируемых земель, изменить систему платежных повинностей, удешевить кредиты Крестьянского поземельного банка, сбалансировать цены на промышленные изделия и сельхозпродукцию, отменить привилегии для крупной индустрии и торговли, развивать перерабатывающие отрасли и отхожие промыслы, активизировать переселенческую политику. Гарантом будущего прогресса должно было стать экономически обоснованное законодательство.
Итак, к началу XX в. в мировоззрении Ф.А. Щербины прочно утвердился либеральный тип политической культуры. Один из лучших представителей земских служащих, осознающий важность их практической деятельности, верящий в возможность развития общественной инициативы, видел в выборных бессословных органах местного самоуправления единственный институт в государстве, способный содействовать развитию личности, самосознания и просвещения, а значит и всеобщему благоденствию. В марте 1902 г. интеллигент-конституционалист стал одним из основных действующих лиц либеральной оппозиции. Через Воронежский уездный комитет, созданный в рамках "Особого совещания о нуждах сельскохозяйственной промышленности", возглавляемого министром финансов С.Ю. Витте, Ф.А. Щербина и его единомышленники попытались провести достаточно радикальный для своего времени вариант земско-либеральной программы. Выдвигались требования введения конституционной монархии. Предлагалось перестроить структуру земских учреждений, дополнив ее волостными и всероссийским органом из выборных представителей от губерний, действующим в пределах земско-хозяйственной компетенции с правом законодательной инициативы. В исключительных случаях предусматривался созыв "земского собора". Аграрный вопрос решался путем национализации земли в виде создания общегосударственного фонда, пополняемого за счет покупки казной излишков у помещиков. Провозглашались свобода личности, совести, слова, печати. Проектировалась демократизация суда. Предложения воронежских земцев, получившие широкий резонанс в среде передовой общественности России и за рубежом, послужили поводом к повторной административной ссылке Ф.А. Щербины, которую он отбывал в своем имении Джанхот в Черноморской губернии с января 1903 г. по октябрь 1904 г. Репрессии со стороны правительства не ограничили политическую активность Ф.А. Щербины. Став депутатом II Государственной Думы от Кубанской области и Черноморской губернии, он попытался еще раз законодательным путем содействовать решению самого актуального для' России аграрного вопроса, став на позиции партии народных социалистов. На заседаниях парламента депутат от казаков выступал за расширение прав Думы по формированию бюджета, за национализацию земли и "создание общенародного земельного фонда, руководимого органами местного самоуправления, пополнение которого происходило бы путем отчуждения частновладельческих земель за государственный счет.
Разгон II Государственной Думы не разуверил Ф.А. Щербину в возможности мирного реформистского преобразования России. Но большей результативности он теперь ждал не от действий в масштабах всей страны и не "сверху", добиваясь уступок от правительства, а в отдельно взятом регионе и "снизу", используя и творчески развивая народную инициативу. Основой для подобного эксперимента могло стать казачество с его изначальным стремлением к автономности и самоуправлению. События февраля-октября 1917 г, убедили Ф.А. Щербину в правильности его суждений. По его мнению, после ликвидации самодержавия в России не нашлось ни одной общественно-политической силы, способной осуществить демократические преобразования, урегулировать международное положение, решить экономические проблемы. Временное правительство выпустило инициативу из своих рук. Большевики "не пошли ...путем эволюционных предначертаний", избрав "кровавый путь гражданской резни... и культурной разрухи". Большевизм претил Ф.А. Щербине стремлением к диктатуре, игнорированием нравственно-экономических основ цивилизованного мира, необоснованной экономической политикой (разрушая старое, не смогли создать ничего нового), предательством государственных интересов при заключении Брестского мира. Сравнивая большевизм с историческим катаклизмом, он был уверен, что "большевики могут иметь лишь временное и симптоматическое значение". "Но пока Россия истерзана и разрушена, а население в ней безгранично страдает". Поэтому единственную возможность государственного возрождения Ф.А. Щербина видел в организации самостоятельных демократических образований на казачьих окраинах. "Можно было идти в строительстве от частей к целому, а не от целого, которого не было, к частям."
Утверждения потомственного казака не являлись результатом голословных фантазий. Трудно было найти более компетентного представителя кубанского казачества, знающего историю и экономику своей малой родины, разбирающегося в проблемах современного состояния своего сословия. Звание действительного и почетного члена Общества любителей изучения Кубанской области (ОЛИКО), статус официального историка Кубанского казачьего войска Ф.А. Щербина подтвердил публикацией многочисленных статей, очерков и двух основательных работ. Одна из них - сборник кратких сведений "Кубанское казачье войско. 1686-1888 гг.", составленный под редакцией и при помощи Е.Д. Фелицына в 1888 г. Это юбилейное издание, приуроченное к приезду на Кубань императора Александра III, преподнесли наследнику Николаю как атаману всех казачьих войск. Автор же получил кабинетный подарок - золотой перстень с алмазами и сапфиром, стал почетным членом Кубанского областного статистического комитета и был произведен в чин коллежского регистратора (XIV класс "Табели о рангах"), что позволило ему в 1901 г., став титулярным советником (IX класс), приобрести права личного дворянства. Общеизвестна и двухтомная "История Кубанского казачьего войска" (1910, 1913), оцененная официальными рецензентами как крупный вклад в военно-историческую литературу. В современной историографии нет специального анализа одного из крупнейших дореволюционных исторических исследований, хотя достаточно высок процент использования изложенных в нем фактов. К сожалению, труд Ф.А. Щербины остался незавершенным, не удалось издать рукописи третьего и четвертого томов, судьба которых неизвестна по сей день. Осталось нереализованным и интересное предложение историка - выпустить 12 томов архивных документов, снабженных комментариями, вспомогательными указателями и научно-справочным аппаратом, что позволило бы сохранить ценные материалы и предоставить возможность их использования каждому желающему. Параллельно с подготовкой собственных исторических сочинений Ф.А. Щербина разработал своеобразную методику совершенствования родиноведения, предполагающую усиление в нем ведущей роли профессионалов-историков, экономистов, геологов, литераторов и применение всеми краеведами научных методов, что злободневно и сейчас.
Ф.А. Щербина одним из первых собрал, систематизировал и опубликовал данные по социально-экономическому развитию Кубанской области и Черноморской губернии конца XIX - начала XX вв. Его сведения о сельскохозяйственных и торгово-промышленных условиях района Владикавказской железной дороги, о состоянии табаководства и виноградарства, о тенденциях кооперативного движения служат уникальным источником для реставрации картины капиталистического развития нашего региона. Бывший студент Петровско-Разумовской сельскохозяйственной и лесной академии, являясь собственником земли (76 дес. в Кубанской области, 110 дес. в Черноморской губернии. земли в Полтавской губернии (точное количество не установлено)), пытался проводить самостоятельные опыты интенсивного хозяйствования. Предметом забот и гордости стали для него виноградники, расположенные в Джанхоте и в Геленджике, парковая зона, окружающая его имение. Детальное знакомство с краем привело Ф.А. Щербину к заключению о значительных перспективах его экономического развития. Видя основу прогресса в выгодном географическом положении, благоприятных климатических условиях и богатейших природных ресурсах, он предрекал превращение Кубани в недалеком будущем в крупнейший производственный, торговый и курортный центр мирового масштаба.
В начале XX в. Ф.А. Щербина сформулировал собственную концепцию эволюции казачества. В его суждениях без особого труда можно найти ответы на многие вопросы, порожденные возрождением казачьих традиций и вживлением института казачества в государственные и общественные структуры современной России, Для него кубанские казаки - единое население, этнически и социально неоднородное, но обладающее определенным хозяйственно-бытовым укладом, традициями и культурой. Щербиновское определение очень точно подчеркивает своеобразие общности, которую нельзя однозначно назвать ни народом, ни сословием, тем самым лишая всякого смысла неутихающие споры по этому поводу. Процесс возникновения казачества вообще и его ранняя история представлялись ученым как своеобразный феномен народного творчества, включавший в себя общинную земельную собственность, выборное начало, самоуправление, автономность. По мере привлечения казаков на службу усиливалось вмешательство государства в их внутреннюю жизнь, нарушались демократические традиции. Правительственная политика повсеместного насаждения частной земельной собственности и поощрения переселения на Кубань иногородних в ущерб казачьей общине способствовала массовому разорению казачьих хозяйств. Выделение старшины Ф.А. Щербина также связывал с влиянием центральной власти, заменившей войсковое самоуправление и казачий круг войсковыми и наказными атаманами, администрацией, "чинами и орденами". "Персидский бунт", выступление К. Булавина, "полтавский бунт" он оценивал как факты, доказывающие сопротивление казачества государственному подчинению. По мнению исследователя, постепенно казаки превратились в служилое сословие, предназначенное выполнять охранительные функции вплоть до полицейских. Вред, нанесенный казачеству подобной политикой, очевиден. Поголовная строевая служба и необходимость полного снаряжения строевых и служилых казаков выливались в ежегодные десятимиллионные затраты. Создавались помехи в экономическом развитии - отвлекались рабочие руки и материальные средства. Но даже в таких условиях кубанские казаки сыграли существенную роль в хозяйственном освоении края. Ф.А. Щербину волновали и другие наметившиеся элементы деградации - невежество, "блеск и заносчивость" молодых офицеров, пренебрежение вековыми традициями, своенравие, безграмотность, в распространении которых он обвинял казачью интеллигенцию, мало делавшую для воспитания и просвещения в войске. И все же идеолог казачества верил в возможность возрождения лучших качеств своего сословия. Он хлопотал о создании земских учреждений в Черномории и на Кубани, которые, по его мнению, способствовали бы активизации гражданской инициативы казаков. С воодушевлением принял участие в Первой войсковой казачьей раде, созванной в 1906 г. для решения земельных вопросов в войске. Во II Государственной Думе Ф.А. Щербина создал казачью фракцию, объединившую 30 депутатов от Донского, Уральского и Кубанского казачьих войск. Казаки разработали программу, предусматривающую восстановление утраченных демократических порядков в казачьих войсках и их автономию с учетом государственных потребностей и общероссийского законодательства. Но по ряду причин их предложения так и остались на бумаге. Парламент рассмотрел только три законопроекта, касающихся введения некоторых льгот в военной службе.
Реально изменить порядки в казачьем крае стало возможно в период 1917-1920 гг., когда на Кубани получил конкретное воплощение своеобразный вариант модернизации общественного строя - так называемый "третий путь", основанный на развитии казачьей государственности. Правда, система, возрожденная в соответствии с традициями Запорожской Сечи, характеризовалась частичностью установившейся демократии, предусмотренной только для казаков и лишавшей половину населения края в лице иногородних избирательных прав. Личное отношение самого Ф.А. Щербины к неказачьему населению отличалось лояльностью. Как член Кубанской Войсковой рады и I временного войскового правительства он постоянно призывал к гражданскому согласию, ратовал за коалиционный принцип формирования властных структур. При выдаче денежных ссуд нуждающимся Ф.А. Щербина предлагал заботиться о благосостоянии и казаков, и иногородних. По его инициативе начала работу комиссия по изучению быта горцев и по самоуправлению горских племен. В период выборов в Учредительное собрание он баллотировался по списку ╧ 3 от казаков и горцев, в то время как девять других списков составляли представители различных политических партий и течений. Своими мыслями о происходящем в крае и в стране Ф.А. Щербина делился на страницах газеты "Вольная Кубань" - печатного органа Кубанского краевого правительства, неофициальную часть которого он редактировал с августа по ноябрь 1918 г. Но главной для себя профессионал-статистик считал разработку мер по стабилизации экономического положения на Кубани, куда он и направил все свои знания и опыт. Уже осенью 1917 г. он возглавил статистическую комиссию при 11 Кубанском краевом' правительстве, через год стал управляющим Кубанским краевым статистическим комитетом, с августа 1918 г. руководил финансово-бюджетной комиссией при Законодательной раде. В январе 1918 г. его избрали почетным членом Совета по делам обследования и изучения Кубанского края - научно-исполнительного органа, учрежденного Кубанской областной продовольственной управой. С 1919 г. профессор статистики читал лекции студентам Кубанского политехнического института, в стенах которого в 1994 г. отмечали 145-летие со дня его рождения. Практические рекомендации Ф.А. Щербины второго десятилетия XX в. вполне актуальны и в наши дни. Для исправления ситуации в денежном обращении специалист предлагал контролировать эмиссию, сократить отпуск сырья в обмен на готовые изделия, организовать систему местных кредитных учреждений во главе с собственным Краевым банком, укрепить положение государственных процентных займов. При формировании бюджетной политики он настаивал на принятии предупредительных мер по защите населения от инфляции. К их числу относились реформа налогообложения в пользу малоимущих слоев, сокращение расходов на содержание штата центральных краевых учреждений, отказ от необоснованных кредитов, установление свободной торговли в пределах края. Финансово-бюджетная комиссия под руководством Ф.А. Щербины занималась и практическими мероприятиями по развитию элеваторной сети, по открытию электротехнического завода в г. Темрюке и по геологическим исследованиям на Таманском полуострове.
В столь сложное и ответственное время кубанское казачество не отличалось монолитностью. Формирование войска из "линейцев" (потомки донских казаков) и "черноморцев" (потомки запорожцев) провоцировало разногласия между украиноязычным населением, стремящимся к самостийности, и русскоязычными казаками - сторонниками "единой и неделимой России". Являясь одним из ярких представителей черноморской фракции, Ф.А. Щербина в отличие от многих ее членов не замыкался на усиленном культивировании проукраинских настроений. Автономность Кубани представлялась ему не самоцелью, а условием, гарантирующим невозможность реставрации монархии, угроза которой исходила от Деникина и Добровольческой армии, с одной стороны, и установления большевизма, с другой. Руководствуясь здравым смыслом, будущее своего сословия он связывал с федеративным устройством России, составной частью которого была бы Кубань с возрожденными на новой основе демократическими институтами казачества. Итак, в очередной раз Ф.А. Щербина доказал приверженность главной цели своей жизни - способствовать созданию максимально благоприятного экономического и гражданского положения в отечестве.
Так называемой "казачьей республике" история уготовила недолгий период существования. В феврале 1920 г., когда крах "демократической контрреволюции" на Кубани и в Черноморье стал очевидным, Ф.А. Щербина, как один из активных ее участников, вынужден был покинуть родину, не думая о том, что делает это навсегда. По поручению краевого правительства официальный историк Кубанского казачьего войска, получивший почетное звание урядника, в составе особой делегации, сопровождавшей войсковые регалии, выехал в Югославию. В 1921 г. он с семьей (сын и сестра покойной жены) переехал в Чехословакию. В эмиграции основной для Ф.А. Щербины, как и всегда, стала профессиональная работа. Несмотря на преклонный возраст и ухудшение зрения, он продолжал трудиться не менее 12 часов в сутки. В Праге профессор статистики преподавал русским студентам в Чешской земледельческой школе и в Украинском вольном университете, где последовательно занимал должности декана факультета права и общественных наук, ректора и проректора. Благодаря его хлопотам в 1923 г. открылось новое высшее учебное заведение- Украинская Господарская Академия в г. Подебрады. Не прекращал он и занятий наукой, много времени и сил отдавал общественной работе. За время пребывания в Чехословакии Ф.А. Щербина принимал участие в деятельности и состоял в правлении 12 эмигрантских организаций. Одна из них - "Общество кубанцев в Чехословацкой республике", созданное в 1921 г., помимо культурно-просветительских мероприятий, чрезвычайно важных в условиях эмиграции, решала проблемы бытового плана, заботилась об организации материального обеспечения кубанцев, содействовала подготовке из их числа около 300 специалистов со средним и высшим образованием через чешские, украинские и русские учебные заведения.
Поглощение работой не заглушало тоску по родной земле. Память о ней, ее людях, ее прошлом рождала стихи. Так появились поэмы "Черноморцы", "Петро - кубанец", "Богдан Хмельницкий". Возвращением к минувшему стала работа над воспоминаниями. Беспокоило и другое. Ф.А. Щербину не покидали чувства ответственности и тревоги за судьбу молодого поколения кубанской диаспоры, связанные с партийными и национальными разногласиями. Как не кто иной, он отчетливо видел все негативные стороны имеющей глубокие исторические корни вражды, осложненные положением эмигрантов в чужой стране. Тем не менее авторитетнейшего ученого, потомка запорожцев настойчиво стремились заполучить в свои ряды казачьи национал-шовинисты. Увлечение украинским языком, историей и культурой не изменило центристских взглядов Ф.А. Щербины, не разубедило его в возможности разрешения любых конфликтов мирным путем, с помощью здравого смысла и нахождения компромиссов. Пытаясь консолидировать кубанскую диаспору в ЧСР, Ф.А. Щербина в печати и в устных выступлениях настойчиво проводил мысль о единении славянских народов на основе государственной самостоятельности и равноправия.
Реалиями своего жизненного пути Ф.А. Щербина внес существенную лепту в отечественную науку, обогатил своеобразным мировоззрением общественную мысль России, оказался во многом полезным своему народу. Не вызывает сомнений его принадлежность к плеяде деятелей, составляющих гордость нации, заслуживших уважительное отношение и добрую память. Сохранение и изучение научного и творческого наследия маститого казака, забота о местах его пребывания на Кубани, возвращение на родину его праха - вот то немногое, чем благодарные потомки могут достойно встретить очередной юбилей со дня рождения своего прославленного земляка.
ПРИМЕЧАНИЯ:
1 Доклад, прочитанный на торжественном собрании общественности Кубани, посвященном юбилейной дате.
Как найти и купить книги
Возможность изучить дистанционно 9 языков

 Copyright © 2002-2005 Институт "Экономическая школа".
Rambler's Top100