economicus.ru
 Economicus.Ru » Галерея экономистов » Австрийская школа

Австрийская школа

Austrian school
 
Источник: "Economic Thought: The Austrian School // International Encyclopedia of the Social Sciences (London: Macmillan; New York: The Free Press, 1968), vol. 4, pp. 458--462. Текст взят с сайта http://www.libertarium.ru .
Фридрих фон Хайек
Австрийская школа экономической теории
Теория ценностей до 1871 года
"Маржиналистская революция" 1870-х годов по общему признанию является важным шагом в развитии экономической теории. Тем, кто начал учебу прямо с достигнутых ею результатов, трудно понять, почему столь очевидные и простые идеи, на которые и прежде натыкались многие мыслители, смогли оказать столь глубокое воздействие, когда В.С. Джевонс, Карл Менгер и Леон Вальрас независимо друг от друга и почти одновременно [Менгер и Джевонс в 1871 году, а Вальрас в 1874 году. <Вильям Стенли Джевонс (1835--1882), профессор логики и философии в Оуэнс колледже, в Манчестере, автор The Theory of Political Economy (London and New York: Macmillan, 1871). Леон Вальрас (1834--1910) профессор в Академии (позднее университет) в Лозанне, Швейцария, в 1870--1892 годах, создатель современной общей теории равновесия. Последние исследования по истории маржиналистской революции склонны подчеркивать не сходство, но различие в подходах Менгера, Джевонса и Вальраса. В особенности это выражено у Erich Streissler, "To What Extent Was the Austrian School Marginalist?", History of Political Economy, vol. 4, Fall 1972, pp. 426--441, and William Jaffe, "Menger, Jevons and Walras De-homogenized", Economic inquiry, vol. 14, December 1976, pp. 511--524. -- амер. изд.>] заново открыли их, и еще сложнее понять, как основанная Менгером традиция смогла столь глубоко повлиять на экономическую теорию на протяжении жизни всего двух поколений. Чтобы объяснить это, нужно установить различие, которое обычно выражают -- и неадекватно -- как различие между "объективной" и "субъективной" теориями ценности.
Поскольку очевидно, что ценность есть свойство некоторых вещей или услуг, казалось естественным искать источник ее в некотором свойстве или свойствах определенного объекта. В физических науках такой подход оказался вполне успешным, а поэтому казалось также разумным предположение, что объекты одинаковой ценности должны иметь и другие общие "внутренние" свойства. Конечно, зачастую было ясно, что решающим фактором может быть нечто, коренящееся не в объекте самом по себе, но в отношении человека к этому объекту. Со времен средневековых схоластов (и даже со времен Аристотеля) опять и опять отмечали, что объект, чтобы обладать ценностью, должен быть полезным и редким. [О вкладе поздних схоластиков, особенно ученых XVI и XVII веков, принадлежавших к школе Саламанки, Испания, и их места как предшественников австрийской школы, см. отличное исследование, опубликованное под неудачным заглавием Cristians for Freedom: Late-Scholastic Economics (Alejandro Chafuen, San Francisco: Ignatius Press, 1986). Также см. Raymond de Roover, Business, Banking and Economic Thought in Late Medieval and Early Modern Europe (Chicago: University of Chicago Press, 1974). -- амер. изд.] Но эту идею редко разрабатывали систематически (хотя надо сделать исключение для величайшего из предшественников современной теории Фердинандо Галиани в его Della moneta 1750 года [Ferdinando Galiani, Della moneta (Naples: G. Raimondi, 1750); переведено Peter R. Toscano как On Money (Ann Arbor, Mich.: Published for the Department of Economics, University of Chicago, by University Microfilms International, 1977). -- амер. изд.]), и никогда не доводили рассуждение до осознания того, что имеет значение не просто отношение человека к какой-то вещи или классу вещей, но положение этой вещи в целостной структуре средств-целей -- в целостной схеме, с помощью которой люди определяют, как распределять доступные им ресурсы между различными целями.
То истолкование ценности, которое сделало работы Менгера и его учеников столь непосредственно действенными, возникло в результате терпеливого анализа природы экономического выбора при всех возможных видах взаимоотношений между различными средствами и различными целями. Хотя Джевонс и Вальрас предложили для решения старых парадоксов ценностных отношений не менее верные решения, для большинства современных им экономистов эти решения оказались недоступными из-за математизированного способа изложения. Более того, эти авторы сами воспринимали решение парадокса полезности как простой предварительный шаг, который нужно быстро оставить позади, чтобы перейти к главному, к объяснению того, как выявляется ценность в отношениях обмена. Австрийцы, напротив, сделали своей центральной темой полный анализ условий оценки, вне зависимости от возможности обмена, так что позднее им пришлось защищаться от обвинений, что для них предельная полезность являлась непосредственным объяснением цены. Конечно же, объясняющая это субъективная ценность есть только первый шаг ко второй стадии, к теории цен.
На континенте подход через полезность -- cum -- редкость является значимой традицией со времен Галиани, и существенные результаты были получены в таких работах как E.B. de Condillac, Le commerce et le gouvernement, 1776 [Etienne Bonnot de Condillac, Le commerce et le gouvernement, ouvrage elementaire, par l'abbe de Condillac (Amsterdam: n.p., 1776)], Louis Say, Considerations sur l'industrie, 1822 [Louis August Say, Considerations sur l'industrie et la legislation (Paris: J.P. Aillaud, 1822) <Луис Август Сей (1774--1840), брат Жан-Батиста Сея, торговал сахаром. -- амер. изд.>], Auguste Walras, De la nature de la richesse, 1831 [Auguste Walras, De la nature de la richesse (Paris: Furne, 1832) <Антуан Август Вальрас (1801--1866), отец Леона Вальраса, был профессором философии в Королевском колледже Лилля и Каены. -- амер. изд.>], Jules Dupuit, De la mesure de l'utilite des travaux publics, 1844 [Jules Dupuit, De la mesure de l'utilite des travaux publics (Paris: Imprimerie de Poupart-Davyl, 1844) <Переведено и опубликовано в сборнике Kenneth Arrow and Tibor Scitovsky, eds, Readings in Welfare Economics (Homewood, Ill.: R.D. Irwin, for the American Economic Association, 1969). О Дюпюи (1804--1866) см. главу 6 в The Trend of Economic Thinking, in vol. 3 Collected Works of F.A. Hayek. -- амер. изд.>], и, наконец, в замечательной, но в свое время совершенно не замеченной работе H.H. Gossen, Entwicklung der Gesetze des menschlichen Verkehrs, 1854 [Hermann Heinrich Gossen, Entwicklung der Gesetze des menschlichen Verkehrs, новое издание (Berlin: R.L.Praeger,1889) <Переведено Rudolph C. Blitz как The Laws of Human Relations and the Rules of Human Action Derived Therefrom, со вводной статьей Nicholas Georgescu-Roegen (Cambridge, Mass.: MIT Press, 1983). Хайек рассматривает работу Госсена в главе 15 The Trend of Economic Thinking, op. cit. В неоконченном эссе для словаря New Palgrave, Хайек дополняет этот список именами F.B.W. Hermann, Staatswirtschaftliche Untersuchungen (Munich: A. Weber, 1832) и Hans von Mangoldt, Grundris der Volkswirtschaftlehre (Stuttgart: J. Maier, 1863), добавляя, что "в Германии, так же как и во Франции, рикардианская трудовая теория ценности никогда не господствовала столь полно", как в Британии. -- амер. изд.>]. С другой стороны, в Англии гораздо более развитая система классической политической экономии оказалась соединенной с "объективной" теорией ценности, и традиция анализа с точки зрения полезности сохранилась только в форме подавленного протеста, который нашел выражение в 1834 году в опубликованной W.F. LLoyd, The Notion of Value [William Forster LLoyd, A Lecture on the Notion of Value (London: Roake and Varty; Oxford: J.H. Parker, 1834)]. Но все совершенно завязло, когда в 1848 году Д.С. Милль в своих Principles of Political Economy не только воспроизвел классический подход, но и спокойно объявил: "К счастью, в законах ценности не осталось ничего неясного, что нуждалось бы в прояснении; теория субъекта завершена" [John Stuart Mill, Principles of Political Economy, with Some of Their Applications to Social Philosophy (Boston: Little & Brown, 1848), book 3, chapter 1, section 1].
Менгер и основание школы
В то время как Джевонс (опередивший Менгера со своим предварительным наброском теории ценности, основанной на "конечной полезности", на 9 лет [имеется в виду работа Джевонса "Brief Account of a General Mathematical Theory of Political Economy", которая была зачитана перед Британской Ассоциацией, секция F, в Кембридже, в октябре 1862 года, опубликована в Journal of the Statistical Society of London, vol. 29, 1866, pp. 282--287, и повторно издана как Приложение к последующему изданию Theory of Political Economy -- амер. изд.]) создавал свою концепцию в прямой оппозиции к господствующей доктрине, и Менгер и Вальрас имели возможность созидать свое учение, опираясь на богатую литературную традицию, благоприятную для подхода с позиций полезности. Но в Вене, где работал Менгер, не существовало большого интереса к экономической теории. В то время в Венском университете экономику преподавали немцы, ориентированные главным образом на социологию. [Но в незавершенной статье для New Palgrave Хайек цитирует неопубликованную диссертацию, защищенную в Оксфорде в 1982 году Klaus H. Hennings, из которой следует, что может быть именно один из немецких профессоров Albert E.F. Schaffle (1831--1903) подтолкнул Бем-Баверка и Визера, в их бытность студентами, к изучению идей Менгера. -- амер. изд.] Таким образом, быстрое развитие отдельной австрийской школы было результатом исключительно усилий Менгера -- хотя это и совпало с ростом научного уровня Венского университета в ряде других областей, что превратило его на следующие 50 или 60 лет во влиятельный интеллектуальный центр. [В своем наброске для New Palgrave Хайек пишет: "Поскольку поразительное число "Венских" или "Австрийских" школ получили международную известность в начале этого века, следует указать, что в общем-то эти школы имели мало общего, а в некоторых случаях их развитие сопровождалось острыми взаимными конфликтами. Именно такими были взаимоотношения между австрийской экономической школой и школами логического и правового позитивизма. Экономическая и психоаналитическая школы никак не соприкасались, а австрийские экономисты и австромарксисты, естественно, постоянно враждовали." -- амер. изд.]
Карл Менгер был чиновником канцелярии премьер-министра в Вене, когда в возрасте 31 года он опубликовал свою первую и основную работу Principles of Economics. [Carl Menger, Grundsatze der Volkvirtschaftlehre, op. cit. На титульном листе был подзаголовок "Erster, Allgemeiner Teil" ("Первая часть. Введение"). Книга вскоре была распродана и стала труднодоступной.] Это была первая часть задуманного трактата, который так никогда и не появился. В работе рассматривались общие условия, создающие экономическую деятельность, ценность, обмен, цены и деньги. Работа оказалась столь влиятельной потому, что предложенное в ней объяснение ценности возникало в результате анализа условий, определяющих распределение редких благ среди конкурирующих пользователей, а также того, как различные блага конкурируют или соединяются ради удовлетворения различных нужд -- короче говоря, из объяснения того, что я выше обозначил как "структура средств-целей". Это тот самый анализ, который и должен предшествовать теории ценностей. Фридриху фон Визеру довелось систематически развить этот подход в vorwerttheoretische части экономической теории, что и сделало австрийский вариант анализа с позиций предельной полезности столь хорошей базой дальнейшего развития. Из этого анализа развилась большая часть того, что сегодня известно как логика выбора, или "экономических вычислений" ("economic calculus").
Изложение Менгера характеризуется, вообще-то, скорее обилием кропотливых деталей и неутомимым стремлением к подчеркиванию существенных моментов, чем элегантностью или использованием графики для иллюстрации выводов. Изложение хотя неизменно ясное, но утомительное, и сомнительно, смогло бы это учение когда-либо привлечь широкое внимание именно в таком изложении. Однако ему повезло в том, что он нашел жадных и одареных читателей в лице двух молодых людей, которые окончили Венский университет незадолго до того, как Менгер стал профессором. Они решили посвятить свою жизнь совершенствованию этого учения. Идеи Менгера получили развитие и распространение большей частью благодаря трудам Евгения фон Бем-Баверка и Фридриха фон Визера, двух однокашников, породнившихся впоследствии. [Менгер стал auserordentlicher Professor в Венском университете в 1873 году и Ordinarius в 1879 году. Бем-Баверк и Визер, бывшие примерно на 11 лет моложе его, начали с ним работать в Вене в начале 1880-х годов. <Бем-Баверк занимал кафедру профессора в Иннсбруке и трижды занимал пост министра финансов прежде чем он принял пост профессора в Вене, где вел свой знаменитый семинар по экономической теории. Наиболее известны следующие работы: Kapital und Kapitalzins (1884--1912), переведенный George D. Huncke and Hans F. Sennholz как Capital and Interest, 3 vols (South Holland, Ill.: Libertarian Press, 1959), и "Zum Abschlus des Marxschen Systems" в Staatswissenschaftliche Arbeiten, Festgaben fur Karl Knies (Berlin: Haering, 1896), переведенная как Karl Marx and the Close of His System (London: Fisher Unwin, 1898), и повторно издана в сборнике Paul Sweezy, ed., Karl Marx and the Close of His System and Bohm-Bawerk's Criticism of Marx (New York: Augustus M. Kelley, 1949). О Визере (1851--1926), который унаследовал кресло Менгера после выхода того на пенсию в 1903 году, см. главу 3 этого тома. -- амер. изд.>] Постепенно, уже в 1880-х годах, после появления их основных работ, к ним присоединились другие преподаватели и экономисты. Особенного внимания заслуживают Emil Sax (1845--1927), Robert Zuckerhandl (1856--1926), Johann von Komorzynski (1843--1912), Viktor Mataja (1857--1933) и Robert Meyer (1855--1914). Немного позже к ним примкнули Hermann von Schullern zu Schrattenhofen (1861-1931) и Richard Schuller (1871-1972).
В 1889 году, в котором сконцентрировалось громадное количество важнейших публикаций этой группы, появился также важный теоретический трактат, написанный двумя венскими бизнесменами, Рудольфом Ауспитцем и Ричардом Либеном Untersuchungen uber die Theorie des Preises [Rudolf Auspitz and Richard Lieben, Untersuchungen uber die Theorie des Preises (Leipzig: Duncker & Humblot, 1889)]. Но в список работ австрийской школы эту можно включить только условно. Она наметила движение по параллельной, но совершенно независимой линии, и результатом чрезмерной математизированности изложения стало то, что значимость текста, чрезмерно трудного для восприятия современных экономистов, была оценена много позже.
Для распространения учения школы очень важным оказалось то, что другой венский профессор Евгений фон Филиппович фон Филиппсберг (1858--1917), который сам не был деятельным теоретиком, включил изложение доктрины предельной полезности в очено популярный учебник Grundris der politischen Okonomie. [Eugen von Philippovich von Philippsberg, Grundris der politischen Okonomie (Freiburg: J.C.B. Mohr, 1893). Филиппсберг был ordinarius в Венском университете с 1893 по 1917 год. <См. статью Хайека о Филиппсберге в International Encyclopedia of the Social Sciences, op. cit., vol. 11, p. 116. -- амер. изд.>] Более двадцати лет после публикации этот учебник оставался самым популярным в Германии, и был чуть ли не единственным средством познакомиться с доктриной предельной полезности. [В Германии в XIX веке учебники были особенно важны, потому что университетские профессора предпочитали публиковать свои идеи именно так, а не в форме монографий, что было обычной практикой в Британии. См. Erich Streissler, "The Influence of German Economics on the Work of Menger and Marshall", в Carl Menger and his Legasy in Economics, op. cit., pp. 31--68, esp. p. 32. -- амер. изд.] В других странах, особенно в Англии, в Соединенных Штатах, в Италии, Нидерландах и в Скандинавских странах основные экономические публикации австрийской школы сделались известными раньше, частично с помощью переводов на английский язык. [В наброске для New Palgrave Хайек перечисляет имена тех, кто многим обязан влиянию австрийской теории ценности: James Bonar и William Smart в Англии; Irving Fisher, Frank A. Fetter, T.N. Carver и Herbert J. Davenport в США, Maffeo Pantaleoni в Италии; Charles Rist во Франции; N.G. Pierson в Голландии; Knut Wiksell в Швеции. -- амер. изд.] Может быть важнейшим среди иностранных сторонников был современник Бем-Баверка и Визера швед Кнут Виксель. Хотя сам он многое заимствовал у Вальраса, Виксель смог написать в 1921 году, что "со времен Principles Рикардо не было другой книги -- не исключая блистательного, но отчасти нестрогого сочинения Джевонса и чрезмерно трудной, к сожалению, работы Вальраса -- которая бы оказала столь же большое влияние на развитие экономической теории, как Grundsatze Менгера". [Wicksell (1851--1926) известен как пионер в развитии теории капитала и процента, а также в разработке денежной теории делового цикла. Считают, что он ввел столь важное для австрийского учения о колебании предпринимательской активности различение между "естественными" и "банковскими" ставками процента. В данном случае цитируется эссе Викселля "Carl Menger" в Ekonomisk Tidskrift, 1921, pp. 113--124, в Selected Papers on Economic Theory, ed. Erik Lindahl (Cambridge, Mass.: Harvard University Press, 1958), p. 191. -- амер. изд.]
Вклад Бём-Баверка и Визера
Для теоретического развития идей Менгера важнейшими событиями были истолкование Визером издержек как пожертвованной полезности (или, как ее позднее обозначили, концепция "альтернативных издержек") и теория определения ценности факторов производства через "вменение" (Zurechnung). (Последний термин, так же как и термин Grenznutzen -- "предельная полезность" -- был введен Визером). Вклад Бем-Баверка в собственно теорию ценности заключается, главным образом, в живости изложения и большой одаренности полемиста. Важнейшим из его оригинальных изобретений была теория капитала и процента, которая была принята далеко не всеми членами школы. [Говорят, что Менгер называл теорию капитала Бем-Баверка "величайшей ошибкой" (цитируется у Шумпетера в History of Economic Analysis (New York: Oxford University Press, 1954), p. 847, note 8). О несогласии Менгера с Бем-Баверком см. A.M. Endres, "The Origins of Bohm-Bawerk's "Gratest Error": Theoretical Points of Separation from Menger", Journal of Institutional and Theoretical Economics, vol. 143, 1987, pp. 291--309, и Roger W. Garrison, "Austrian Capital Theory: The Early Controversies", в Carl Menger and his Legasy in Economics, op. cit., pp. 133--154. -- амер. изд.] В целом можно сказать, что в рамках школы так никогда и не возникло строго ортодоксальной теории, но каждый по своему развивал идеи Менгера. Это в особенности относится к Бем-Баверку и Визеру, которые представляли во многом различные типы интеллектуальности [о двух типах интеллектуальности см. эссе Хайека "Two Types of Mind", chapter 3 of The Trend of Economic Thinking, vol. 3 of The Collected Works of F.A. Hayek -- амер. изд.], и положили начало двум ясно различимым традициям. Бем-Баверка отличали логическая последовательность мышления, мастерство полемиста и, одновременно, большой практический опыт (он трижды был австрийским министром финансов). Ему доставало способности соотнести свою работу со всей совокупностью экономической традиции, и он всегда был готов учитывать взгляды других. Поэтому во многих отношениях он оставался ближе к учению Менгера, чем Визер, который после первоначального периода ученичества развивался во многом самостоятельно. В результате его работы очень индивидуальны, и хотя в некоторых случаях (как, например, в анализе значения различных типов монополии) он наметил последующее развитие, в других, как в случае с его идеей о возможности вычислять и сравнивать межличностные индексы полезности, его идеи были позднее отброшены. Его работа Social Economics [Friedrich von Wieser, Theorie der gesellschaftliche Wirtschaft, in Grundris der Sozialokonimik (Tubingen: J.C.B. Mohr (Paul Siebeck), 1914), перевод A. Ford Hinrichs: Social Economics (New York: Greenberg, 1927)], которая является единственным полным и систематическим изложением ранних идей школы Менгера, не может, в силу этого, рассматриваться как каноническая, хотя и представляет несомненный личный вклад Визера.
Споры с исторической школой
Карл Менгер был очень толковым учителем, и через своих многочисленных учеников, а также благодаря собственному участию в дискуссиях по поводу экономической и финансовой политики он оказывал существенное воздействие на общественную жизнь Австрии. Если его вклад в развитие чистой теории после публикации первой работы оказался незначительным, то главным образом из-за погруженности в Methodenstreit, в спор о методологии с лидером молодой немецкой исторической школы Густавом Шмоллером. [Gustav von Schmoller (1838--1917) профессор университетов в Галле, Страсбурге и Берлине, лидер молодой немецкой исторической школы или Kathedersozialisten (кафедральные социалисты). О Methodenstreit см. Людвиг фон Мизес, The Historical Setting of the Austrian School of Economics (Auburn, Ala.: Ludwig von Mises Institute, 1984), и Samuel Bostaph, "The Methodological Debate Between Carl Menger and the German Historicists", Atlantic Economic Journal, vol. 6, September 1978, pp. 3--16. -- амер. изд.] Книга Менгера прошла в Германии малозамеченной главным образом потому, что господствовавшая историческая школа почти устранила экономическую теорию из учебных программ университетов Германии. Это делает понятным, почему для Менгера было столь важным доказать необходимость теоретических исследований. На это и была нацелена его работа Problems of Economics and Sociology [Karl Menger, Untersuchungen uber die Method der Sozialwissenschaften und der politischen Oekonomie insbesondere, op. cit. <теперь переводится как Investigations into the Method of the Social Sciences, with Special Reference to Economics-- амер. изд.>], которая в некоторых отношениях стала столь же важной для развития австрийской школы, как и его ранняя Grundsatze, хотя даже собственная школа не принимала целиком его методологические взгляды. Но систематическая разработка того, что Шумпетер позднее назвал "методологическим индивидуализмом" [Joseph A. Schumpeter, Das Wesen und der Hauptinhalt theoretischen Nationalokonomie (Leipzig: Duncker & Humblot, 1908) <Отрывок из этой работы был опубликован на английском как памфлет под названием Methodological Individualism (Brussels: Institutum Europaeum, 1980). Предисловие Хайека к этому памфлету воспроизводится в данном томе, глава 5. Методологический индивидуализм, превратившийся в догмат современной неоклассической экономической теории и австрийской школы, представляет собой просто напросто убеждение, что все общественно-научные объяснения должны основываться на планах и решениях отдельного человека. "Методологический индивидуализм представляет собой подход, который позволяет рассматривать как объяснение любых социальных явлений только решения отдельного человека ... Он не допускает объяснений, в которых источниками принимаемых решений оказываются институты, погода или даже историческая судьба." Lawrence A. Boland, The Foundations of Economic Method (London: Heinemann, 1973), pp. 185--212, и Ludwig von Mises, Human Action: A Treatise on Economics (third revised edition, Chicago: Henry Regnery, 1966), pp. 41--43. -- амер. изд.>], и анализ эволюции общественных институтов (с возрождением идей Бернарда Мандевилля [см. эссе Хайека "Dr. Bernard Mandeville", chapter 6 of The Trend of Economic Thinking, op. cit. -- амер. изд.] и Дэвида Юма) оказали глубокое воздействие на всех членов школы, а позднее и на гораздо более широкие круги. По сравнению с этим стычки с Шмоллером оказались существенно менее важными, хотя в то время они порождали страстный обмен мнениями, в котором участвовали ученики с обеих сторон. Этот спор породил такой раскол между двумя группами, что университеты Германии оказались заполоненными почти исключительно членами исторической школы, а университеты Австрии -- членами школы Менгера.
Третье и четвертое поколения
В 1903 году Менгер преждевременно устранился от преподавания, а поэтому его прямое влияние на формирование третьего поколения австрийской школы, которое пришлось на последнее предвоенное /Первой мировой/ десятилетие оказалось незначительным. Эти годы, когда в Вене преподавали Бем-Баверк, Визер и Филиппович, оказались для школы периодом наивысшей славы. Особенно замечательным был семинар Бем-Баверка, который стал центром теоретических дискуссий и откуда вышли ведущие представители третьего поколения. Среди них особенно следует отметить Людвига фон Мизеса (1881--1973), который продолжил традицию Бем-Баверка, и Ганса Майера (1879--1955) [в неоконченной статье для New Palgrave Хайек пишет, что Майер "был безусловно весьма одаренным, но эмоционально болезненным человеком, который изрядную часть своей энергии расходовал на долгие баталии со своим коллегой Отмаром Шпаном. Помимо монументальной работы о состоянии современной экономической теории, которую он издал в четырех томах под названием Die Wirtschaftstheorie der Gegenwart (Vienna: J. Springer, 1927--1932), он оставил только ряд очень глубокомысленных эссе, содержание которых, пожалуй, еще не раскрыто до конца." О Майере и Шпанне см. Craver, op. cit., pp. 5--13 -- амер. изд.], который продолжил традицию Визера. (Franz X. Weiss (1885--?) строже придерживался традиции Бем-Баверка.) Йозеф Шумпетер (1883--1950), хотя многим обязанный Бем-Баверку, воспринял столь много разных влияний (особенно Лозанской школы [имеются в виду экономисты из Лозаннского университета Вальрас и Парето; о Лозаннской школе см. Claude Menard, "The Lausanne Tradition: Walras and Pareto", в Klaus Hennings and Warren Samuels, eds., Neoclassical Economic Theory, 1870 to 1930 (Boston, Dordrecht and London: Kluwer, 1990), pp. 95--136 -- амер. изд.]), что его нельзя вполне считать членом этой группы. То же может быть сказано про Alfred Amonn (1883--1962), который был близок к английской классической традиции. Несколько моложе, но вполне активными в Вене были Ричард фон Стригл (1891--1942), Эвальд Шамс (1889--1955) и Leo Illy (1888--1952), первоначальным именем которого было Leo Schonfeld. [К этим именам, может быть, следует добавить одного из первых представителей школы в Германии (после H. Oswalt), а именно Wilhelm Vleugels (1893--1942). <Среди других хорошо известных участников семинара Бом-Баверка были марксистские теоретики Отто Бауэр (1881--1938) и Рудольф Гильфердинг (1877--1941). Со временем Гильфердинг написал знаменитый ответ на работу Бом-Баверка Karl Marx and the Close of his System, а именно "Bohm-Bawerk's Marx-Kritik", в vol. 1 of the series Marx-Studien (Vienna: I. Brand, 1904), translated by Eden and Gedar Paul as Bohm-Bawerk's Criticism of Marx (Glasgow: Socialist Labour Press, n.d.) and reprinted in Paul Sweesy, ed., Karl Marx and the Close of his System and Bohm-Bawerk's Criticism of Marx, op. cit. О Бауере и Гильфердинге см. Emil Kauder, "Austro-Marxism vs. Austro-Marginalism", History of Political Economy, vol. 2, no. 2, 1970, pp. 398--418, и Mark E. Blum, The Austro-Marxists (Lexington, Ky.: University Press of Kentucky, 1985). -- амер. изд.>]
Венская школа еще раз проявила свою плодотворность в 1920-х годах, когда Ганс Майер и Людвиг фон Мизес (а в течении некоторого времени и Фридрих фон Визер) учительствовали в Вене. В это время появилось четвертое поколение, в рядах которого оказалось необычно большое число молодых теоретиков, приобретших впоследствии широкую известность. Среди них были Готфрид Хаберлер (1896--?), Фриц Махлуп (1902--1983), Александ Мар (1896--?), Оскар Моргенштерн (1902--1977), Пауль Н. Розенштейн-Родан (1902--1985), и автор этой статьи. Большинство проявили себя позднее в Соединенных Штатах.
Но если по стилю своего мышления и по направленности интересов это четвертое поколение все еще отчетливо проявляет свою принадлежность к Венской традиции, этих людей уже нельзя рассматривать как отдельную школу, в смысле принадлежности к определенной доктрине. Величайшим успехом школы является ситуация, когда она перестает существовать, потому что ее основные идеалы становятся частью общего господствующего учения. На долю Венской школы выпал как раз такой успех. Ее развитие привело к слиянию потока мысли, начало которому положил Менгер, с течениями, начало которым положили Джевонс (через Филиппа Г. Викстеда [Philip Henry Wicksteed (1844--1927) -- унитарианский проповедник, писатель и лектор в Англии, автор The Common Sense of Political Economy (London: Macmillan, 1910; second edition, edited by Lionel Robbins, London: Routledge & Kegan Paul, 1933) -- амер. изд.]), Леон Вальрас (через Вилфреда Парето [Vilfredo Pareto (1848--1923) вслед за Вальрасом занимал кафедру политической экономии в Лозанском университете, Швейцария -- амер. изд.]), и, в особенности, с главными идеями Альфреда Маршалла [Alfred Marshall (1842--1924) профессор политической экономии в Кембриджском университете, основатель "Кембриджской школы", включавшей его самого, А.С. Пигу и Джона Мейнарда Кейнса; учебник Маршалла Principles of Economics между 1890 и 1920 годами выдержал 8 изданий -- амер. изд.]. Но если целостная структура современной теории, как ее преподают сегодня в большинстве центров западного мира, в наибольшей степени отражает влияние традиции, восходящей к работам Маршалла, и при этом даже ее краеугольная опора -- теория цен и ценности -- в последние десятилетия претерпела изменения, которые сильно изменили ее форму, то сами эти изменения представляли собой последовательное продолжение фундаментальных принципов, заложенных Венской школой.
Приложение: В Британии и Соединенных Штатах
[нижеследующее представляет собой отрывок из незавершенной статьи для словаря новой экономической теории New Palgrave -- амер. изд.]
Лишь автор этой статьи, самый старший в четвертом поколении, которое сформировалось в Privatseminar Мизеса, сыгравшем для них такую же роль, что и Бем-Баверк для третьего поколения, был действительным учеником и участником последнего семинара Визера. Готфрид фон Хаберлер, Фриц Махлуп, Оскар Моргенштерн и Пауль Н. Розенштейн-Родан, бывшие чуть моложе автора, поддерживали с ним тесный контакт, поскольку многие годы работали в том же здании. Под влиянием Мизеса и при постоянном участии ровесников -- философов, социологов и исследователей политики -- Альфреда Шульца, Феликса Кауфмана и Эрика Фогелина -- шли дискуссии главным образом о проблемах метода и философской природе общественных наук.
С начала 1930-х годов эта Венская группа начала получать существенную поддержку и буквально расширилась в результате того, что Лайонел С. Роббинс, новый профессор Лондонской школы экономической теории, включил в свой курс то, что прежде было исключительной принадлежностью австрийской традиции. Были еще два источника существенного влияния на ее дальнейшее развитие. Первым была вполне удачная система экономической теории, развитая единственным значительным последователем В.С. Джевонса П.Г. Викстедом в его Common Sense of Political Economy [Philip H. Wicksteed, The Common sense of Political Economy, op. cit.], а вторым был родственный по духу обзор современного состояния микроэкономической теории, содержащийся в первых четырех главах исследования Risk, Uncertainty and Profit Чикагского профессора Френка Г. Найта [Frank H. Knight, Risk, Uncertainty and Profit (Boston: Houghton Mifflin, 1921)]. Частью тех же усилий было приглашение Роббинсом автора этих строк в 1931 году в качестве профессора Лондонской школы экономической теории, в результате чего совместный семинар Роббинса--Хайека стал в 1930-х годах еще одним центром развития того, что прежде было исключительно австрийской традицией.
Наиболее влиятельная работа самого Роббинса The Nature and Significanse of Economic Science [Lionel Robbins, An Essay on the Nature and Significanse of Economic Science (London: Macmillan, 1932)] обеспечила превращение методологического подхода к микроэкономической теории, развитого австрийской школой, в общепризнанный стандарт. Не менее важным было достижение Д.Р. Хикса, который развил то, что можно рассматривать как окончательную формулировку анализа ценности с позиций предельной полезности в концепции предельного уровня замещения, основанной на технике кривых безразличия, внедренной Ирвингом Фишером и Ф.И. Эджвортом [J.R. Hicks and R.G.D. Allen, "A Reconcideration of the Theory of Value", Economica, N. S., vol. 1, 1934, pp. 52--76 (part I) and 196--219 (part II), и Hicks, Value and Capital (Oxford: Clarendon Press, 1939)]. Эта концепция изменяющихся уровней замещения или эквивалентности, совершенно не зависящая от каких-либо концепций измеряемой полезности, вполне может рассматриваться как итог более чем полувековых споров в русле австрийской школы [однако в целом австрийцы не приняли технику кривых безразличия, которая предполагает постоянство порядка индивидуальных предпочтений; хорошо известные примеры можно найти у Murray N. Rottbard, "Toward a Reconstruction of Utility and Welfare Econimics", в Mary Senholz, ed. On Freedom and Free Enterprise: Essays in Honor of Ludwig von Mises (Princeton, N.J.: D. Van Nostrand, 1956), pp. 224--262 -- амер. изд.], тогда как дальнейшие уточнения, предложенные П.А. Самуэльсоном [Paul A. Samuelson, Foundations of Economic Analysis (Cambridge, Mass.: Harvard University Press, 1947)], едва ли могут быть отнесены к австрийской традиции.
Другой отчетливый вклад в эту ветвь австрийской традиции представляет изданная в 1973 году работа Дж. М. Бьюкенена и Г.Ф. Тирлби [J.M. Buchanan and G.F. Thirlby, eds, S.E. Essays on Cost (London: Weidenfeld & Nicolson, for the London School of Economics and Political Science, 1973; reprinted, New York and London: New York University Press, 1981)]. В Лондонской группе Г.Л.С. Шакл [George L.S. Shackle (1903) профессор (теперь почетный) Ливерпульского университета, автор ряда работ по теории ожиданий -- амер. изд.] и Л.М. Лахманн [Ludwig M.Lachmann (1906--1991) работал с Шаклом и Хайеком в Лондонской школе экономической теории в 1930-х годах. Позднее преподавал в университете Витватерсренда, Йоханнесбург, и в Нью-Йоркском университете; суммарное изложение его взглядов см. в книгах Capital, Expectations and the Market Process (Kansas City: Sheed Andrews & Mcmeel, 1977), и The Market as an Economic Process (Oxford: Basil Blackwell, 1988) -- амер. изд.] внесли вклад в развитие субъективной традиции, и, таким образом, сыграли существенную роль в американской ветви австрийской школы.
В 1934 году Людвиг фон Мизес оставил Вену ради профессорского кресла в Институте международных исследований в Женевском университете (Швейцария), а в 1940 году, опасаясь Гитлера, он переехал в Соединенные Штаты. В то время интеллектуальное сообщество здесь столь же мало было в состоянии симпатизировать явному оппоненту всех социалистических идей, как это было и в Вене, но постепенно он из более или менее символической фигуры в Высшей школе бизнеса Нью-Йоркского университета превратился в весьма влиятельного человека. [Жалованье Мизеса в Нью-Йоркском университете с 1949 по 1962 год платилось целиком из средств фонда Вильяма Волкера, а затем эти платежи осуществляла группа, возглавлявшаяся бизнесменом Лоуренсом Фертигом. Фонд Волкера также субсидировал Хайека на его посту в Комитете по общественной мысли в Чикагском университете. -- амер. изд.] В течении многих лет в Соединенных Штатах австрийскую школу отождествляли с учениками Мизеса. Первыми выдающимися учениками, которые добились весьма почетного положения, были Мюррей Н. Ротбард [Murray N. Rothbard (1926) учился в Колумбийском университете, а затем у Мизеса в Нью-Йоркском университете; он был профессором экономической теории в Бруклинском политехническом институте прежде чем стать заслуженным профессором экономической теории в университете Невады, Лас-Вегас -- амер. изд.] и Израель М. Кирцнер [Izrael M. Kirzner (1930) защитил докторскую диссертацию у Мизеса в Нью-йоркском университете, где он в настоящее время является профессором экономической теории и главой программы по изучению австрийской доктрины -- амер. изд.]. В 1970-х и 1980-х годах группа существенно разрослась, и сегодня наиболее заметен, пожалуй, Томас Соуелл [Thomas Sowell (1936) является старшим исследователем в Гуверовском институте Стенфордского университета; см. обзор Хайека об его работе Knowledge and Decisions (New York: Basic Books, 1980) в Reason, December 1981, pp. 47--49 -- амер. изд.]. Однако Мизес был привержен к строго рациональному утилитаризму больше, чем ранние австрийцы, и эта ориентация не вполне согласовывалась с его фундаментальным субъективизмом, а в особенности с характерным для него отрицанием возможности межличностного сравнения предпочтений или измерения благосостояния. Это снижало убедительность его эпистемологии и его критики социализма.
Хотя к третьей четверти ХХ века методология австрийской школы стала господствующей в области микроэкономической теории, затем этот подход был в существенной степени вытеснен из центра профессионального внимания кейнсианской макроэкономикой. Но усилия, порожденные успехом кейнсианского учения, были, с точки зрения австрийского методологического индивидуализма, результатом ошибочного представления о том, чем должно быть научное объяснение очень сложных явлений. Таким образом, австрийская школа вторично оказалась вовлеченной в своего рода Methodenstreit, в котором их противники претендовали на большую свою научность просто в силу более эмпирического характера полученных ими результатов; иными словами, -- просто потому, что они больше зависели от наблюдений и измерений (хотя на этот раз скорее статистических, а не исторических). Ситуация, по крайней мере в Соединенных Штатах, делалась весьма непростой, потому что Мизес, представлявший здесь австрийскую теорию, занял крайнюю позицию в отношении к господствовавшему в то время научному позитивизму. Одновременно, правда, он делал большие уступки англо-американской традиции рационалистического утилитаризма, который вполне встраивался в австрийскую методологическую традицию. В результате теория у него приобрела характер априорно выводимого построения.
Против такого результата данный автор, который в то время в целом не сознавал, что он просто развивает забытую часть традиции Менгера, возражал [в "Economics and Knowledge", Economica, N.S., vol. 4, 1937, pp. 33--54 (reprinted in Individualism and Economic Order (London: Routledge & Sons, 1948), а также в нескольких поздних работах; "The Use of Knowledge in Society", American Economic Review, vol. 35, September 1945, pp. 519--530 (также в Individualism and Economic Order, op.cit.); "The Theory of Complex Phenomena", в Mario A. Bunge, ed., The Critical Approach in Science and Philosophy: Essays in Honor of Karl R. Popper (New York: The Free Press, 1964), перепечатано в Studiesin Philosophy, Politics and Economics (Chicago: University of Chicago Press; London: Routledge & Kegan Paul, 1967); и "Competition as a Discovery Procedure", в New Studies in Philosophy, Politics, Economics and the History of Ideas (Chicago: University of Chicago Press; London: Rouledge & Kegan Paul, 1978)], что хотя и в самом деле чистая логика выбора, с помощью которой австрийская традиция интерпретирует индивидуальные действия, является чисто дедуктивной, но как только объяснению подпадает межличностная активность рынка, решающими процессами оказываются процессы перемещения информации между людьми, то есть чисто эмпирические явления (Мизес никогда так и не ответил на эту критику, но точно также он не изменил свою вполне полную и развитую систему).
Главным достижением австрийской теоретической школы оказалось то, что она определенно помогла прояснить неизбежные различия между науками, изучающими сравнительно простые явления, вроде механики, которые по необходимости первыми достигли больших успехов, а потому и предстали как парадигма, обязательная для копирования другими науками, и науками о чрезвычайно сложных явлениях, или о структурах, испытывающих влияние большего количества фактов, чем сможет когда-либо охватить научный наблюдатель, и состоящих из объектов не физически наблюдаемых, но теоретически мыслимых -- то есть мыслимых другими людьми. То, что имплицитно присутствовало уже в концепции "невидимой руки" Адама Смита, которая порождала порядок, не доступный пониманию человека [ср. размышления Хайека в "Adam Smith: His Message in Today's Language", chapter 8 of The Trend of Economic Thinking, op. cit. -- амер. изд.], благодаря этому становится прототипом модели, на которой основывается все растущее количество попыток разрешить проблемы устроения /систем/ чрезвычайно сложных порядков.
Библиография
[Это слегка измененная версия списка, подготовленного Хайеком для "Weiner Schule", для немецкой версии статьи, легшей в основу этой главы. Все тексты Части 1 были снабжены дополнительными библиографическими указателями. Свой набросок для New Palgrave Хайек снабдил следующим дополнением: "Может быть это подходящее место, чтобы объяснить частое, но бессистемное употребление титула "фон" в именах австрийских ученых. В австрийской империи право на это получали правительственные чиновники, а иногда, за особые заслуги, люди свободных профессий или предприниматели, похоже на то, как присваивается титул "сэр" в Великобритании. Но в Австрии этот титул наследовался всеми отпрысками мужского пола и незамужними -- женского. После отмены титулов в 1918 году большинство носителей перестали ими пользоваться, но другие, как правило, продолжали титуловать их. В отличие от датских имен, начинающихся с "Van", имена австрийцев следует располагать в алфавитном порядке, в соответствии с первой буквой фамилии." -- амер. изд.]
Работы членов австрийской школы:
  1. Alfred Amonn, Objekt und Grundbegriffe der theoretischen Nationalokonomie (Vienna: Deuticke, 1911; Leipzig: Deuticke, 1927);
  2. Rudolf Auspitz and Richard Leiben, Untersuchungen uber die Theorie des Prieses (Leipzig: Duncker & Humblot, 1889). Французский перевод Recherches sur la theorie du prix (Paris: M. Giard & E. Briere, 1914);
  3. Eugen von Bohm-Bawerk, Capital and Interest, 3 vols (South Holland, Ill.: Libertarian Press, 1959). Первая публикация: Kapital und Kapitalzins. Volume 1: Geschichte und Kritik der Kapitalzinstheorien (History and Critique of Interest Theories) (Innsbruck: Verlag der Wagner'schen Universitatsbuchhandlung,1884). Volume 2: Die Positive Theorie des Kapitals (Positive Theory of Capital) (Innsbruck: Verlag der Wagner'schen Universitatsbuchhandlung, 1889). Volume 3: Further Essays on Capital and Interest, впервые опубликовано как приложение к Volume 2, 1909--1912 изд., напечатано отдельным томом в четвертом издании (Jena: Gustav Fisher,1921);
  4. Eugen von Bohm-Bawerk, Karl Marx and the Close of His System [1896], ed. Paul M. Sweezy (New York: Kelley, 1949);
  5. Eugen von Bohm-Bawerk, Control or Economic Law? [1914] (South Holand, Ill.: Libertarian Press, 1951);
  6. Eugen von Bohm-Bawerk, Gesammelte Schriften, 2 vols, ed. Franz X. Weis (Vienna: Holder, 1924--1926);
  7. Eugen von Bohm-Bawerk, Rechte und Verhaltnisse vom Standpunkt der volkswirtschaftlichen Guterlehre (Innsbruck: Wagner, 1881); перепечатано в Gesammelte Schriften, ed. F.X. Weis (Vienna: Holder, 1924--1926);
  8. Eugen von Bohm-Bawerk, Grundzuge der Theorie des wirtschaftlichen Guterwertes (Jena: Gustav Fisher, 1886); перепечатанов в London: London School of Economics and Political Science, 1932;
  9. Eugen von Bohm-Bawerk, Eugen von Bohm-Bawerks Kleinere Abhandlungen uber Kapital und Zins, ed. Franz X. Weis (Vienna: Holder, 1926);
  10. F.A.Hayek, "Bemerkungen zum Zurechsnungsproblem", Jahrbucher fur Nationalokonomie und Statistik, vol.124, 1926, pp. 1--18;
  11. Leo Illy (Leo Schonfeld), Grenznutzen und Wirtschaftsrechnung (Vienna: Manz, 1924);
  12. Leo Illy (Leo Schonfeld), Das Gesetz des Grenznutzens (Vienna: J. Springer, 1948);
  13. Johann von Komorzynski, Der Werth in der isolierten Wirtschaft (Vienna: Manz, 1889);
  14. Viktor Mataja, Der Unternehmergewinn (Vienna: Holder, 1884);
  15. Hans Mayer, "Untersuchungen zu dem Grundgesetz der wirtschaftlichen Wertrechnung", Zeitschrift fur Volkswirtschaft und Sozialpolitik, N.S., vol. 1, 1921, pp. 431--458; vol. 2, pp. 1--23, and vol. 6, 1928;
  16. Hans Mayer, "Der Erkenntniswert der funktionellen Preistheorie", в Hans Mayer et al., eds, Die Wirtschaftstheorie der Gegenwart (Vienna: Springer, 1932), vol. 2, pp. 147--239b;
  17. Carl Menger, The Collected Works of Carl Menger, 4 vols, с предисловием Ф.А.Хайека, (London: London School of Economics and Political Science, 1933--1936). Издание включает (на немецком): vol.1: Grundsatze der Volkswirtschaftslehre [1871]; vol.2: Untersuchungen uber die Methode der Sozialwissenschaften [1883]; vol.3: Kleiner Schriften zur Methode und Geschichte der Volkswirtschagtlehre [1884--1915]; vol.4: Schriften uber Geldtheorie [1889--1893];
  18. Carl Menger, Grundsatze der Volkswirtschaftslehre, vol. 1 (Vienna: V. Braumuller, 1871; second edition, Vienna: Holder-Pichler-Tempsky, 1923). Перепечатано в The Collected Works of Carl Menger, vol. 1 (London: London School of Economics, 1934). Английское заглавие Principles of Economics: First General Part, ed. James Dingwall and Bert F. Hoselitz, с предисловием Frank H. Knight (Glencoe, Ill.: Free Press, 1950). [Английское репринтное издание было выпущено в 1981 году в New York University Press, с прибавлением эссе Хайека "Сarl Menger", которое воспроизводится в главе 2 этого тома в качестве Введения.-- амер. изд.];
  19. Carl Menger, Problems of Economics and Sociology, ed. С предисловием Louis Schneider (Urbana, Ill.: University of Illinois Press, 1963). Перевод на английский работы Untersuchungen uber die Methode der Sozialwissenschaften und der politischen Okonomie insbesondere, 1883. [Переиздано под названием Investigation into the Method of the Social Sciences with Special Reference to Economics, с новым предисловием Lawrence H.White (New York and London: New York University Press,1985. -- амер. изд.];
  20. Carl Menger, Untersuchungen uber die Methode der Sozialwissenschaften und der politischen Okonomie insbesondere (Leipzig: Duncker & Humblot, 1883). Reprintad in The Collected Works of Carl Menger, vol. 2 (London: London School of Economics, 1933);
  21. Robert Meyer, Das Wesen des Einkommens: Eine volkswirtschaftsliche Untersuchung (Berlin: Hertz, 1887);
  22. Ludwig von Mises, Theorie des Geldes and der Umslaufsmittel (Munich: Guncker & Humblot, 1912); второе издание, 1924). Английский перевод: The Theory of Money and Credit, новове расширенное издание (New Haven, Conn.: Yale University Press, 1953; переиздано: Indianapolis, Ind.: Liberty Classics, 1981);
  23. Ludwig von Mises, Die Gemeinwirtschaft (Jena: Fischer, 1922; второе издание, 1924). Английское название: Socialism: An Economic and Sociological Analysis, новое издание (New Haven,Conn.: Yale University Press, 1959; переиздание: Indianapolis, Ind.: Liberty Classics,1981);
  24. Ludwig von Mises, Grundprobleme der Nationalokonomie (Jena: Gustav Fischer, 1933). Английский перевод: Epistemological Problems of Economics (Princeton, N.J.: Van Nostrand,1960; переиздано: New York and London: NewYork University Press, 1981);
  25. Ludwig von Mises, Nationalokonomie. Theorie des Handelns und Wirtschaftens (Geneva: Editions Union,1940);
  26. Ludwig von Mises, Human Action: A Treatise on Economics (New Haven, Conn.: Yale University Press, 1949; третье переработанное издание: Chicago: Henry Regnery, 1966);
  27. Eugen Philippovich von Philippsberg, Grundris der politischen Okonomie, vol. 1: Allgemeine Volkswirtschaftslehre (Freiburg: J.C.B. Mohr, 1893);
  28. Emil Sax, Grundlegung der theoretichen Staatswirtschaft (Vienna: Holder,1887);
  29. Ewald Schams, "Wirtschaftslogik", Schmoller's Jahrbuch fur Gesetsgebung, Verwaltung und Volkswirtschaft im Deutschen Reiche, vol. 58, 1934, pp. 513--533;
  30. Leo Schonfeld: См. выше Leo Illy;
  31. Richard Schuller, Die Klassische Nationalokonomie und ihre Gegner (Berlin: Heymann, 1895);
  32. Hermann von Schullern zu Schrattenhofen, Untersuchungen uber Begriff und Wesen der Grundrente (Leipzig: Fock, 1889);
  33. Joseph A. Schumpeter, Das Wesen und der Hauptinhalt der Theoretischen Nationalokonomie (Leipzig: Duncker und Humblot, 1908);
  34. Joseph A.Schumpeter, Theorie der wirtschaftlichen Entwicklung (Leipzig und Munich: Duncker und Humblot, 1912). На английский язык перевел Redvers Opie, The Theory of Economic Development: An Inquiry into Profits, Capital, Credit, Interest and the Business Cycle, Harvard Economic Studies, no. 46 (Cambridge, Mass.: Harvard University Press, 1934);
  35. Richard von Strigl, Die okonomischen Katagorien und die Organisation der Wirtschaft (Jena: Gustav Fischer, 1923);
  36. Friedrich von Wieser, Gesammelte Abhandlungen [1876--1923], с предисловием F.A. Hayek (Tubingen: J.C.B. Mohr (Paul Siebeck),1929);
  37. Friedrich von Wieser, Das Gesetz der Macht (Vienna: Springer, 1926);
  38. Friedrich von Wieser, Der naturliche Wert (Vienna: Holder, 1889). Английский перевод: Natural Value, с предисловием William Smart (New York: Macmillan, 1893; reprinted, New York: Kelly & Millman, 1956);
  39. Friedrich von Wieser, Uber den Ursprung und die Hauptgesetz des wirtschaftlichen Wertes (Vienna: Holder, 1884);
  40. Friedrich von Wieser, Theorie der gesellschaftlichen Wirtschaft, vol. 1 (Tubingen: J.C.B. Mohr, 1914; второе издание, 1924. Перевод на английский: Social Economics (London: Allen & Unwin,1927; переиздано, New York: Augustus M. Kelley, 1967);
  41. Franz X. Weis, "Die Moderne Tendenz in der Lehre vom Geldwert", Zeitschrift fur Volkswirtschaft, Sozialpolitik, und Verwaltung, vol. 19, 1910, pp. 502--560;
  42. Robert Zuckerkandl, Zur Theorie des Preises mit besonderer Berucksichtigung der geschichtlichen Entwicklung der Lehre (Leipzig: Stein, 1889).
Как найти и купить книги
Возможность изучить дистанционно 9 языков

 Copyright © 2002-2005 Институт "Экономическая школа".
Rambler's Top100