economicus.ru
 Economicus.Ru » Галерея экономистов » Посткейнсианство

Посткейнсианство

Postkeynesianism
 
Источник: Современная экономическая мысль. Серия: "Экономическая мысль Запада". / Ред.: Афанасьева В.С. и Энтова Р.М./ - М., "Прогресс", 1981.
Посткейнсианская теория денег и проблема инфляции
Пол Дэвидсон
Основополагающий вопрос теории денег формулируется следующим образом: "Почему люди хранят деньги, которые не приносят дохода, а не ценные бумаги, по которым начисляются проценты, или не товары, которые могут быть использованы в процессе производства?( Ответ на него неизбежно должен содержать ссылку на фактор неопределенности.
Кейнс в своей "Общей теории" приводит различие между тремя мотивами хранения наличных денег: "Во-первых, трансакционный мотив, или мотив обращения,- потребность в наличных деньгах для текущих сделок потребительского или производственного характера. Во-вторых, это мотив предосторожности, т. е. желание обеспечить в будущем возможность распоряжаться определенной частью ресурсов в форме денежной наличности. В-третьих, это спекулятивный мотив, т. е. намерение приберечь некоторый резерв, чтобы с выгодой воспользоваться лучшим по сравнению с рынком знанием того, что принесет будущее".1 Кейнс признает: "Деньги, хранящиеся ради каждой из этих трех целей, образуют, однако, как бы единый бассейн, который держателю нет необходимости делить на трм водонепроницаемые камеры. Нет нужды даже в том, чтобы они были строго разграничены в его собственной голове, и одну и ту же сумму можно держать преимущественно для одной цели, но попутно и для других. Поэтому мы можем без ущерба (это будет, пожалуй, даже правильнее) рассматривать общий спрос человека на деньги как единое решение, хотя и являющееся результатом влияния множества различных мотивов".2 Таким образом, спрос на деньги, по существу, един; и все же (пусть это не всегда соответствует действительности) для большей четкости анализа представляется целесообразным исследовать каждый мотив хранения наличных денег, "как если бы" такой элемент существовал отдельно и независимо от других мотивов.
Различение Кейнсом трех неодинаковых мотивов, ледащих в основании спроса на деньги, представляет собой столь глубокое проникновение в суть явлений, что оно "не имеет себе равных среди работ текущего столетия".3 Оно характеризует самое важное достижение в нашем анализе механизма функционирования денег в современной рыночной экономике.
Кейнс придавал огромное значение деньгам. Он был настолько убежден в значимости денег для экономического анализа, что слова "деньги", "денежный" или "валюта" включил в название всех своих важнейших работ. У Кейнса никогда не встречается схема, в которой сначала рассматривается "безденежная" экономическая система, а затем приводятся соображения о том, почему при определенных обстоятельствах следовало бы изобрести "деньги". Он придерживался противоположной точки зрения, он был убежден в том, что с самого начала следует моделировать именно функционирование реально существующего денежного хозяйства, объединяющего производителей, а не натурального хозяйства, на которое затем "накладываются" денежные отношения. Согласно теории Кейнса, "деньги играют свою особую, самостоятельную роль, они влияют на мотивы поведения, на принимаемые решения... и потому невозможно предвидеть ход событий ни на короткий, ни на продолжительный срок, если не понимать того, что будет происходить с деньгами на протяжении рассматриваемого периода".4 Иными словами, ДЕНЬГИ ИМЕЮТ ЗНАЧЕНИЕ!
Рой Харрод с присущей ему четкостью изложения охарактеризовал существо "кейнсианской революции", заметив, что "внесение ясности в дело имеет решающее значение для построения научной системы, будь то экономика или биология", и что "классическая теория отвлекала внимание от того, что более всего заслуживало внимания, и это оказывалось ее подлинным недостатком. И именно необычайное интуитивное чутье, присущее Кейнсу и позволявшее ему выделять действительно важные элементы, привело его к выводу о непригодности прежней классификации. Именно высокоразвитая способность Кейнса к построению логических суждений позволила ему выработать собственную классификацию".5
Кейнс разработал новую систему, в которой решающую роль играют такие понятия, как неопределенность конкретный промежуток времени и специфические особенности системы заключения контрактов (прежде всего контрактов, регулирующих выплату денежной заработной платы).
В то время как Кейнс под влиянием обмена мнениями с Б. Олииом (см. их статьи в журнале "The Economic Journal" за 1937 г.) пытался довести до совершенства свой новый подход к рассмотрению экономических явлений (к числу мотивов, лежащих в основе спроса на деньги он стал относить также "финансовый" мотив), некоторые другие экономисты стремились втиснуть идеи Кейнса в рамки традиционной теории. Дж. Хикс опубликовал, так сказать, "парниковую версию",6 излагавшую то, что он считал главным постулатом теории Кейнса, при этом использовались известные кривые IS и LM, характеризующие систему общего равновесия. С этого началось понятное движение, связанное с модификацией нового мировоззрения, новую парадигму изменили и даже исказили для того, чтобы уложить ее в прокрустово ложе старой неоклассической теории. В 40-х годах другие авторы (по большей части американские экономисты, среди которых можно упомянуть Д. Дилларда, А. Хансена, Л. Клейна, Ф. Модильяни и П. Самуэльсона), пытаясь дать более четкое математическое толкование элементарной кейнсианской схемы, определяющей уровень совокупного дохода, еще более ускорили тот процесс перехода к "метастатичности", благодаря которому система Кейнса постепенно трансформировалась в "неоклассический синтез". К 50-м годам подобный мутант, называемый "кейнсианским анализом", настолько утвердился в ортодоксальной литературе, посвященной макроэкономической теории, что те немногие экономисты, продолжавшие сохранять верность тому направлению теории, которое связана с дальнейшим развитием теории денег Кейнса (в противоположность так называемому кейнсианскому анализу), должны были выступить с предостережениями, разъясняя, что пропагандировавшаяся теория движения производства, занятости, инфляции и денег, которую выдавали) за "настоящее кейнсианство", на самом деле представляет) собой извращение взглядов Кейнса на реальное положение) дел.7 Объединение развитой Марковицем теории, рассматривающей структуру портфеля активов (portfolio theory) с анализом кредитно-денежной сферы, содержавшимся в работах Дж. Тобина, способствовало еще большему выхолащивапию глубоких идей, заложенных в теории денег Кейнса,- и все это делалось якобы во имя Кейнса.8 Таким образом к 60-м годам сложилась ситуация, при которой Милтон Фридмен мог снискать славу, выступив с девизом "Деньги имеют значение!" и обрушившись на наиболее известных представителей кейнсианства (а тем самым и на Кейнса, по крайней мере в косвенной форме) за то, что кейнсианская теория якобы игнорирует столь элементарный факт.
Под влиянием событий 60-х годов, явно не укладывавшихся в эту схему, а также под влиянием работ некоторых экономистов, оставшихся верными парадигме Кейнса (к числу таких экономистов можно отнести Харрода, Р. Ф. Кана, X. Минского, Н. Калдора, Шэкла, Вайнтрауба и др.), наиболее проницательные из представителей "неоклассического кейнсианства" в последнее время признали неразумность ранее отстаиваемого ими подхода, предполагавшего использование принципов общего равновесия Вальраса. Так, например, Хикс отметил, что теория Кейнса предполагает анализ событий, происходящих "в рамках [календарного] времени"; такой подход принимает во внимание, что "прошлое и будущее неодинаковы" и что стремление к хранению ликвидных активов "продиктовано соображениями предосторожности, связанными с неопределенностью будущего, и [поэтому] ликвидность - это проблема, порождаемая тем, что хозяйственные процессы развиваются во времени". Хикс подчеркивает, что разработанная Кейнсом теория "предельной эффективности капитала... и предпочтения ликвидности... бесспорно, Учитывает этот фактор времени, в своей основе она исходит из расчетов на будущее, теория Кейнса насквозь пронизана понятиями времени и неопределенности". Далее Хикс пишет: ""Кейнсианская революции" породила опрометчивые представления. Сторонники подхода с позиций [всеобщего] равновесия даже не поняли, что они проиграли сражение... Им казалось, что сказанное Кейнсом можно вписать в их системы равновесия... Достаточно взглянуть при этом на мои собственные работы после 1935 г. ...
Я понял, что и сам сталкивался с той же проблемой, ничем довольно часто она меня повергала в недоумение.
Взять хотя бы... известную схему, предполагающую кривые IS-LM (или SILL)... Должен сказать, что в настоящее время я с гораздо меньшей охотой прибегаю к ее использованию, чем, как мне кажется, это делают многие другие авторы. Подобная схема низводит "Общую теорию" до экономической теории [всеобщего] равновесия, по сути дела, время в ней вообще не фигурирует".9
Основные черты посткейнсианского анализа кредитно-денежной сферы
В модели Кейнса была предпринята попытка описать необратимо движущийся в календарном времени мир: это мир, в котором присутствует фактор неопределенности, мир, предполагающий, что такие понятия, как деньги и ликвидность, занимают центральное место среди факторов, определяющих поведение участников хозяйственного процесса и деятельность экономических учреждений, получивших развитие в данном обществе. В подобной схеме деньги сами по себе выступают как механизм, позволяющий отложить решение. Деньги лишь тогда отвечают своему назначению, когда мы испытываем крайнюю нерешительность, поскольку любые предпринимаемые нами действия неизбежно вовлекут покупательные возможности, которые находятся в нашем распоряжении и позволяют нам приобрести те или иные ресурсы, в орбиту, которую в будущем удастся изменить - если этого потребует развитие событий - только ценой больших потерь (либо же вообще нельзя будет изменить).10
Приняв во внимание подобное желание избежать принятия тех решений, которые предполагают "связывание" наших требований на ресурсы, удастся понять, как можно описать общественные отношения и институты, связанные с деньгами, а также элементарные свойства денег и особые их свойства, позволяющие реализовать в современном мире - мире денег, ориентированном на рыночные отношения и сталкивающемся с неопределенностью перспектив,- две одинаково важные функции денег: функцию общепринятого средства обращения и функцию средства накопления сокровищ.
Такими необходимыми свойствами любого объекта, способного удовлетворять функциональному определению денег, могут считаться:
1) нулевая (или ничтожная) эластичность производства; следовательно, если отдельные лица, неуверенные в перспективах последующего развития, пожелают отложить причитающиеся им дополнительные требования на ресурсы то возросший спрос, который в результате отсрочивания своих действий они предъявят на деньги, не сможет поощрить предпринимателей направлять ресурсы на расширение производства товаров, выступающих в роли денег;
2) нулевая (или ничтожная) эластичность замещения. Это означает, что в тех случаях, когда многие участники хозяйственного процесса хотят сохранить за собой дополнительную возможность выбора действий в будущем, повышение цены денег, обусловленное ростом спроса на деньги как на средство накопления сокровищ, не сможет побудить людей замещать деньги какими-либо другими видами имущества (которые характеризуются более высокой эластичностью производства), также используемыми в качестве средства накопления сокровищ. Вследствие этого в мире, полном неопределенности, спрос на средство накопления сокровищ не предполагает дополнительного связывания ресурсов. Тем самым дает осечку "магический" механизм взаимодействия предложения ресурсов и спроса на них - механизм, действие которого обычно характеризуют законом Сэя;
3) издержки, предполагаемые переходом от использования денег в качестве средства обращения к их использованию в качестве средства накопления сокровищ (а также противоположным переходом), должны быть равны нулю (или быть ничтожно малы), благодаря этому отдельные лица не будут считать накладным делом отсрочку в принятии решений или решение о расходовании денег. Сведение к минимуму расходов по осуществлению коммерческих операций (transaction costs) предполагает существование "о меньшей мере следующих двух экономических институтов: а) выражение сделок, связанных с предоставлением и получением кредитов в денежных единицах, и б) юридическое регулирование порядка осуществления подобных Оглашении. Минимизации таких расходов по осуществлению операций способствует также развитие особого экономического института, а именно системы взаимных зачетов, которая позволяет использовать уже имеющуюся частную задолженность при заключении новых сделок, такая процедура может иметь место тогда, когда частная задолженность обладает способностью незамедлительно принять денежную форму, причем законодательная процедура позволяет взыскать эти деньги во исполнение контракта.
Суммируя все сказанное выше, можно утверждать, что в мире, в котором господствует неопределенность перспектив, функционирование денежной системы предполагает по меньшей мере два (а обычно даже три) хозяйственных института: контрактные соглашения, юридическую процедуру, предусматривающую приведение в исполнение этих соглашений, и систему взаимных зачетов. Товар, выступающий в роли денег, должен обладать двумя свойствами: (нулевой или ничтожно малой) эластичностью производства и нулевой (или ничтожно малой) эластичностью замещения его любым другим товаром, обладающим высокой эластичностью производства.
Многие способные, но заблуждавшиеся в своих рассуждениях экономисты (достаточно упомянуть в этой связи Джевонса) допускали следующую ошибку: они недооценивали всю важность трех названных институтов и перечисленных двух свойств, которыми должны обладать деньги в экономике, характеризующейся господством денежных отношений. Такая ошибка в значительной мере способствовала тому, что современный теоретический анализ денежно-кредитной системы стал развиваться по неверному пути.
Любая модель денежной экономики с рыночной ориентацией, которая стремится уловить черты реального мира, должна включать следующие моменты:
1) Решения принимаются фирмами и потребителями, полностью осознающими погрешимость человеческих суждений.
2) Сделки, приводимые в исполнение в соответствии с принятой юридической процедурой, позволяют в некоторой мере разделить бремя неопределенности между участниками соглашения.
3) Рынки, предусматривающие немедленные поставки самых различных товаров (а также финансовых активов) или их передачу в последующий период, характеризуются самой различной степенью организации. В условиях неполной информации некоторые товары (или финансовые активы) во многих случаях могут котироваться либо только на рынке наличных товаров, либо только на рынке будущих поставок, так как организация рынка в подобной ситуации наталкивается на ряд затруднений. Даже при функционировании существующих рынков можно предполагать, что издержки по осуществлению операций, поиску контрагентов и получению информации могут составлять значительную величину и продолжать увеличиваться.
4) На всех описанных рынках за деньги покупаются товары, а за товары можно получить деньги, но, если отвлечься от существования некоторых относительно малых рынков, за товары никогда нельзя приобрести товары. Отсюда непосредственно следует, что размеры спроса определяются не только потребностью, но также доступными возможностями платежа, поэтому финансовые условия могут оказывать влияние на функционирование товарных рынков.
5) Разнообразные институты, возникающие при организации рынка, способны влиять на поведение цен при нарушении равновесия на данном рынке.
6) В модели должен присутствовать общедоступный механизм взаимных зачетов для различных частных долгов - механизм, который предусматривает существование банковской системы с частичным резервным покрытием. Присутствуют также небанковские финансовые институты, которые не могут сами выпускать средства обращения, поскольку они не входят в состав общедоступного механизма взаимных зачетов, независимого от функционирования банковской системы. Тем не менее эти финансовые посредники могут влиять на направление и размеры потока денежных средств, а следовательно, и на масштабы спроса на рынках.
7) Участники хозяйственного процесса питают "доверие" к существующей денежной и финансовой системе.
Таким образом, основными характеристиками реально существующей денежной экономики служат: неопределенность перспектив, возможная ошибочность суждений, договорные обязательства, хозяйственные институты, торговля, финансы и доверие. Именно на эти "семь чудес света" и опирается весь современный мир. В то же время именно они и порождают серьезные перебои в функционировании современного денежного хозяйства, ориентирующегося на свободный рынок, а именно "неспособность обеспечить полную занятость, а также его произвольное и несправедливое распределение богатства и доходов".11
Деньги, контракты и рынки в модели Кейнса
Хикс заметил: "Теория денег менее абстрактна, нежели большинство других экономических теорий, и она не может избежать определенной связи с реальной действительностью".12 Тем не менее большинство идей, развиваемых представителями современного неоклассического кейнсианства, основаны на вальрасовых постулатах всеобщего равновесия (разработке указанных постулатов немало способствовал и сам профессор Хикс) и носят нереалистичный характер. В реальном мире деньги не падают на землю как некая "небесная манна" (наподобие того, как это предполагается в схемах Патинкина) и не сбрасываются с вертолета (как подразумевают теоретические конструкции Фридмена). На самом деле деньги "ведут свое существование с тех пор, как появились долги, иными словами, с тех пор, как появились обязательства, связанные с последующими выплатами, а также прейскуранты, обозначения цен, выражающие возможность отношений купли-продажи".13 Тем самым функционирование денег существенно зависит от контрактных отношений, а наличие особых институтов, способных принудить обе стороны, заключившие соглашение, к выполнению принятых по контрактам обязательств, обеспечивает доверие, убежденность в надежности функционирования денежной системы в последующий период. Таким образом, существование институтов, нормально функционирующих под эгидой государства, гарантирует преемственность настоящего и будущего, а такая связь представляется совершенно необходимой с точки зрения тех, кто хранит деньги в качестве сокровища. По мере развития таких институтов, поддерживаемых государством, правительство присвоило себе право выбирать тот или иной "масштаб отсчета" ("unit of account") и определять, что именно должно соответствовать подобному определению.
И если общество вдруг утратит доверие к способности государственных институтов принуждать стороны, заключившие контракт, к выполнению принятых на себя обязательств, денежная система тут же развалится, а общество возвратится к практике натурального обмена. Но в развитой экономике, предполагающей взаимозависимость участников хозяйственного процесса, сам процесс производства требует определенного времени, а участники соглашения неизбежно должны взять на себя обязательства, предусматривающие привлечение соответствующих ресурсов значительно раньше, чем возникнет практическая возможность определить конкретные результаты предпринимаемых усилий; поэтому переход к практике натурального обмена оказался бы настолько дорогостоящим и разорительным, что большинство членов в таком обществе стало бы цепляться за любой проблеск доверия к способности государства принуждать стороны к выполнению в будущем своих обязательств. Поэтому общество в большинстве случаев даже ущербную денежную систему предпочитает возврату к натуральному обмену. И лишь тогда, когда дело ухудшается настолько, что все участники хозяйственного процесса полностью утрачивают какую-либо уверенность в выполнимости обязательств по контрактам, внутри системы неизбежно возникает катастрофический разрыв между прошлым и будущим. Аннулируя одним махом все существующие контракты, подобная катастрофа создает предпосылки для появления нового денежного "масштаба отсчета", который может быть использован для выражения новых договорных обязательств.
Уже много лет назад Кейнс настойчиво подчеркивал, что между деньгами и контрактными обязательствами существует постоянная тесная взаимосвязь. Деньги, выступающие в качестве масштаба цен, служат не просто средством, с помощью которого, по мнению сторонников неоклассического направления, можно определить соотношение между различными товарами; деньги - это не просто некий наименьший общий знаменатель. Само существование денег как единицы учета незамедлительно вызывает к жизни по меньшей мере два типа контрактных отношений: во-первых, отношения, когда в обмен на деньги предлагаются услуги и товары (иначе говоря, отношения, предполагающие возможность "купить" деньги) в результат производства и доставки товара спустя некоторое время после того, как за товар предложена та или иная цена во-вторых, отношения, когда деньги предлагаются обмен за товары (иначе говоря, отношения, предполагающие, что продавцу товара деньги будут переданы через которое время после того, как был предложен товар). Если бы деньги служили (как это считают сторонники классической теории) просто масштабом цен, то оказалось бы возможным просто "покупать" одни товары на другие, не прибегая к помощи денег.
В основе современной системы производства, предполагающей денежные отношения, лежит выполнение деньгами функции "масштаба отсчета", а также наличие "контрактных отношений предложения" и "контрактных отношений", выраженных с помощью денежных единиц. Деньги повсеместно присутствуют (как это и следовало предположить) "с той или иной стороны" во всех контрактных обязательствах, и лишь благодаря этому жизнеспособная денежная система может обеспечивать выполнение указанных обязательств участниками соглашения. Именно деньги оказываются тем средством, предоставление которого позволяет считать выполненными контрактные обязательства. В качестве средства обращения деньги могут функционировать только благодаря тому, что общество всецело признает за деньгами, служащими посредником в процессе обмена, роль временного "вместилища" всеобщей покупательной способности, исходя из того, что выполнение этой роли не влечет за собой какого-либо риска {подобные отношения предполагают лишь наличие фактора неопределенности), ведь государство в будущем непременно обеспечит осуществление всех закрепленных в контрактах обязательств, выраженных в денежных "единицах отсчета".
В мире, в котором присутствует неопределенность и в котором процесс производства требует некоторого времени, само существование контрактных обязательств, выраженных в денежной форме, позволяет разделить бремя неуверенности между договаривающимися сторонами независимо от того, когда потребуется прибегнуть к использованию ресурсов, необходимых для того, чтобы произвести товары, которые должны быть поставлены покупателю к какому-то сроку. Подобные договорные обязательства (например, контракты по найму рабочей силы и контракты па срок по определению) привязаны к цене потока поставляемых в последующий период товаров и услуг. В основе такой цены (flow supply price) в конечном счете лежит соотношение между заработной платой в денежном выражении и производительностью труда. Допустим, однако, что участники хозяйственного процесса считают необходимым использовать деньги в качестве временного "вместилища" всеобщей покупательной способности либо потому что они собираются принять условия доставки в ближайшем будущем воспроизводимых товаров, либо потому, что они хотели бы получить возможность перенести доступные им средства распоряжения ресурсами на срок в "неопределенное будущее". Тогда владельцы денег должны быть уверены в том, что, как бы резко ни менялась под влиянием тех или иных мимолетных пертурбаций рынка текущая цена какого-либо воспроизводимого товара, тем не менее к моменту доставки его рыночная цена не превысит какого-то ожидаемого им уровня.
Поскольку предполагается, что цена поставляемых в последующий период товаров (услуг) устойчива во времени и предсказуема, каждый участник хозяйственного процесса "сознает", что он может в любой момент заключить соглашение, согласно которому на какой-то последующий срок будут предлагаться воспроизводимые товары, причем выраженные в денежных единицах цены этих товаров на момент поставки не будут существенно отличаться от сегодняшней цены поставляемых в последующий период товаров и услуг.14 Более того, если экономическая система характеризуется постоянно продолжающимся производственным процессом, тогда устойчивость цены поставляемых в последующий период товаров (услуг) предполагает сравнительно устойчивые цены в сделках на срок, поскольку последние не могут превышать (а в обычных условиях должны совпадать) цен поставляемых в последующий период товаров (услуг), относящихся к той же дате поставки.15 А поскольку цены в сделках на срок наилучшим образом отражают уровень ожидаемых цен наличных товаров на дату предстоящих поставок, они могут служить наилучшей оценкой размеров будущих издержек, связанных с покупкой данного набора товаров; подобная оценка может исходить либо из того, что сегодня заключается контракт на поставку указанных товаров в будущем, либо из того, что покупатель просто ожидает определенного момента в будущем, а затем покупает их по существующим ценам на рынке наличных товаров.
Тем самым существующая система цен в сделках на срок (а следовательно, и цен поставляемых в последующий период товаров или услуг) предстает перед нами как наилучшая мера покупательной способности денег для любого момента времени в будущем, а именно эти цены участники хозяйственного процесса предпочитают использовать в своих расчетах, связанных с определением размера реальных кассовых остатков, которые они намерена хранить. Таким образом, в жизнеспособной специализированной производственной системе, использующей денежные отношения, в конечном счете именно уверенность в устойчивости денежной заработной платы в сочетании с верой в "святость" контрактов, предусматривающих последующие хозяйственные операции, обусловливают готовность населения принимать в качестве временного "вместилища" всеобщей покупательной способности либо те предметы, которые государство именует деньгами, либо частные долговые обязательства, которые могут обслуживаться системой взаимных зачетов и по поводу которых существует всеобщая уверенность в том, что любой участник хозяйственного процесса сможет немедленно и без дополнительных затрат превратить эти долговые обязательства в обычные деньги.16
Денежная заработная плата, деньги и инфляция
Вымышленный вальрасовский мир общего равновесия, предполагающий, что денежные отношения "накладываются" на хозяйственную систему лишь после того, как все реальные элементы обмена приведены в соответствие друг с другом, выступает в качестве препятствия, мешающего созданию основательной теории денег.17 В соответствии с исходными предпосылками, лежащими в основе уравнений Вальраса, ни производители, ни потребители не сталкиваются в своих действиях с фактором неопределенности, их вкусы четко фиксированы, кроме того, производители и потребители твердо знают, каков уровень производительности ресурсов и как поведет себя рынок. Они твердо убеждены в том, что система цен согласует все различные возможности выбора еще до того, как развернется производство или обмен. По самой своей сути такие модели не принимают во внимание фактор времени, в них просто предполагается, что операции на рынке и рыночная информация доступны любому участнику хозяйственного процесса, а "все сделки совершаются на протяжении одного и того же дня".18
Совершенно естественно, что в модели, "отсеченной" от всех предшествующих событий и игнорирующей порождаемую этими событиями неопределенность перспектив, деньги совершенно излишни. "Деньги не могут играть сколько-нибудь существенной роли" в поведении хозяйственного субъекта, начиная с того момента, когда он получил доход, и вплоть до того момента, когда он израсходовал их, при этом не рассматривается накопление денег, представляющих собой временное вместилище всеобщей покупательной способности", они не выступают также в качестве краткосрочных или долгосрочных активов.19 Ясно, что в условиях, когда отсутствует фактор неопределенности, когда все рыночные сделки совершаются на протяжении одного дня, совершенно бессмысленно хранить деньги в качестве средства накопления сокровищ, скорей имеет смысл хранить приносящие процентный доход ценные бумаги, срок погашения которых совпадает с предполагаемым днем расходования доходов.
И хотя некоторые "кейнсианцы" также принимали логику моделей общего равновесия, ошибочно считая ее совместимой с рассуждениями Кейнса, всякая система "вальрасовского типа" оказывается нереалистичной, поскольку она опирается на гипотетическое предположение, согласно которому рынок труда всегда приходит в равновесное состояние: спрос на труд, регулируемый уровнем предельной производительности, совпадает с его предложением, зависящим от размеров реальной заработной платы. Тем самым с самого начала предполагаются условия полной занятости; в такой ситуации деньги могут оказывать влияние только на уровень цен - ведь в данной модели уровень заработной платы (в денежном выражении) не играет существенной роли.
Любопытно, что ни старые, ни новые теоретики вальрасовского направления никогда не формулируют четко следующий конкретный вопрос: как может появиться какая-то одна "абсолютная цена" в качестве всеобщего масштаба, к которому как бы приспосабливаются все остальные цены? Они игнорируют уникальную роль такой Цены, как цена на труд, иначе говоря, роль денежной заработной платы. Полагая, что денежная заработная плата представляет собой просто одну из цен внутри системы тощего равновесия, они даже не ставят вопроса о том, не характеризуется ли процесс определения денежной работной платы какими-либо особыми отличительными чертами.
Предположим, однако, что уровень денежной заработной платы определяется не на рынке, а за "столом переговоров" между предпринимателями и представителями рабочих и что в результате подписанных коллективных соглашений определены размеры заработной платы, а также порядок ее выплаты на предстоящий период, скажем, эти условия будут сохраняться на протяжении ближайших трех лет. В таком случае все попытки разработать "чисто рыночную" теорию, позволяющую определить уровень денежной заработной платы, разумеется, окажутся бессмысленными и бесплодными. Здесь скорей оказалось бы справедливым утверждение, согласно которому на протяжении предстоящего трехлетнего периода уровень денежной заработной платы будет определяться "экзогенно", т. е. за пределами теоретической модели рыночной системы, из этого неизбежно следует, что в подобной ситуации скорей цены будут приспосабливаться к существующему уровню денежной заработной платы, чем заработная плата - к ценам. Невозможным оказывается даже одновременное определение заработной платы и цен, поскольку денежная заработная плата уже установлена (в соответствии с коллективным договором) вне системы, объединяющей вальрасовские уравнения спроса-предложения. При таких предложениях внутри системы будет определяться лишь уровень реальной заработной платы.
Сторонники теории общего равновесия, питающие склонность к неправдоподобным моделям реальной экономики, обычно воздерживаются от рассмотрения подобных ситуаций - хотя бы как одного из гипотетических вариантов. Они утверждают, что относительные цены (среди которых денежная заработная плата представляет собой "всего лишь" одну из цен) могут быть определены "механистическим путем" в результате решения системы уравнений. Неудивительно поэтому, что в их взаимозависимой системе, рассматривающей соотношения спроса и предложения, при условии полной занятости изменения количества денег в обращении могут в лучшем случае воздействовать лишь на уровень абсолютных цен.
С точки зрения сторонников теории денег решающим упущением теоретиков общего равновесия оказывается то обстоятельство, что они игнорируют последствия изменений во времени и связанную с этим роль фактора неопределенности. Именно указанные обстоятельства и выдвигают на передний план деньги, а также соглашения между участниками хозяйственного процесса как общественные Институты, призванные ограничить некоторые случайные проявления фактора неопределенности в условиях, когда процесс производства требует определенного времени. А среди всех соглашений договор, регулирующий размеры заработной платы, несомненно, оказывается наиболее фундаментальным. Если предположить, что такой договор будет постоянно пересматриваться и вновь согласовываться, производству в условиях децентрализованной рыночной экономики будет нанесен серьезный урон. Предположение, согласно которому на рынке труда постоянно существует равновесие между спросом и предложением, может вступать в противоречие с рассмотренной моделью. Кейнс, по-видимому, имел в виду это обстоятельство, когда отказывался рекомендовать понижение заработной платы в качестве средства борьбы с безработицей.
В последние годы исследования К. Эрроу и Ф. Хана подтвердили точку зрения, предполагающую, что в моделях общего равновесия деньги не могут играть существенной роли. В соответствии с их утверждением "в мире, в котором играют роль как прошлые, так и будущие события и в котором соглашения между участниками заключаются в денежной форме, не может существовать никакого равновесия".20 И далее: "Если все же будет развита основательная теория денег, то обстоятельство, что условия контрактов фиксируются в денежной форме, будет играть существенную роль".21 Подобное признание представляет собой большой шаг вперед, и все же нам еще очень далеко до того, чтобы предварительный вариант "основательной теории денег" пришел на смену концепции общего равновесия, пользовавшейся таким доверием в предшествующий период.
Таким образом, если "деньги имеют значение", то их роль может зависеть от уровня денежной заработной платы, закрепленного трудовыми соглашениями. Если Речь заходит о стабильности уровня цен, бессмысленно предполагать, что ставки денежной заработной платы могут обнаруживать совершенную гибкость, а сама заработная плата представляет собой просто "одну из многих цен". Такая цена, как денежная заработная плата, практически фигурирует во всех функциях издержек и в большей части функций потребительского спроса. И если дать возможность денежной заработной плате свободно меняться, подобная гибкость цены, представленной заработной платы, неизбежно будет оказывать влияние практически на все цены, а тем самым на размеры спроса на деньги и, следовательно, на уровень занятости. Изменение этой "одной цены" в системе взаимосвязанных уравнений оказывает воздействие на все цены, причем характер воздействия, оказываемого изменением денежной зарплаты существенно отличается от влияния цен на другие факторы производства или других доходов. Никак нельзя предположить, что столь же важным может оказаться, скажем, повышение цен на земляные орехи.
С другой стороны, если мы будем рассматривать уровень денежной заработной платы как величину, которая носит в основном экзогенный характер, то нельзя не заметить, что на нее все же будут оказывать влияние эндогенные факторы, например ставки заработной платы, уровень цен и размеры занятости в предшествующие годы, а также ожидаемые значения этих переменных в последующий период. Можно с полной уверенностью предположить, что точный уровень денежной заработной платы не устанавливается в результате такого же торга на конкурентном рынке, как, скажем, цена земляных орехов. А следовательно, и систему уравнений в модели общего равновесия придется изменить: она должна допускать возможность такого равновесия, при котором спрос и предложение на рынке труда не совпадают друг с другом. Ясно, что издержки производства, учитывающие существующий уровень денежной заработной платы, безусловно, могут быть определены в рамках блока уравнений предложения, например с помощью простой системы уравнений, использующей фиксированные производственные коэффициенты. Допустим, что задана доля прибыли в цене и/или размеры "монопольной накидки" на издержки производства, и предположим - это самый простой случай, рассматривавшийся Кейнсом,- что труд представляет собой единственный переменный фактор производства; в таком случае можно определить и уровень цен в денежном выражении (money-price level).
Согласно такой точке зрения, увеличение количества денег в обращении оказывает влияние на размеры выпускаемой продукции в том, и только в том, случае, когда оно вызывает перестройку структуры "портфеля активов", что в свою очередь влечет за собой расширение совокупного спроса. Что же касается общего уровня цен, то здесь роль денег оказывается значительно менее активной, однако и в этом случае изменение денежной массы может оказаться причиной некоторого изменения уровня цен в результате расширения спроса: дело в том, что по мере увеличения масштабов производства и занятости может меняться производительность. На протяжении долгосрочного периода такое влияние, по-видимому, "сглаживается", кроме того, следует принять во внимание, что указанный эффект может приводить как к повышению, так и к понижению общего уровня цен в зависимости от того, каким окажется итог противоборства двух тенденций: статической тенденции уменьшающейся эффективности использования ресурсов и динамической тенденции, предполагающей технические усовершенствования процесса производства.
Уравнение, предусматривающее "накидку на издержки, связанные с выплатой зарплаты" (wage cost mark-up)
Проф. С. Вайнтрауб в ряде работ, опубликованных в 60-х годах, предложил упрощенное уравнение, позволяющее проиллюстрировать основные черты разработанной Кейнсом модели инфляции в замкнутой, полностью интегрированной экономике, в которой процессы производства опосредствуются денежными отношениями.22 Модель исходит из простого предположения, согласно которому совокупный доход Z в предпринимательском хозяйстве пропорционален (коэффициент пропорциональности равен k) размерам совокупной денежной заработной платы (wN), где w представляет собой ставку денежной заработной платы, а N характеризует уровень занятости. Вайнтрауб выразил соотношение следующим образом:
Z ≡ wN.          (1)
Поскольку Z характеризует общий уровень цен всех проданных товаров (Р), умноженный на количество (Q) этих товаров, уравнение (1) можно записать в таком виде:
PQ = kwN.         (2)
Проделав несложные преобразования, мы приходим к следующему выражению:
Р = kw (N/Q),         (3)
где N/Q - величина, обратная средней выработке в расчете на одного работника (А). Тем самым уравнение (3) можно упростить и выразить его через основные переменные, оказывающие влияние на уровень цен, а именно:
Р = k(w/A).         (4)
Отношение w/A представляет собой не что иное, как удельные расходы на оплату труда в расчете на единицу продукции. Если с течением времени денежная заработная плата меняется пропорционально производительности труда, размеры издержек по оплате труда в расчете на единицу продукции остаются неизменными, и если коэффициент k ("накидка" на удельные издержки, связанные с оплатой труда, или доля прибыли в цене единицы продукта) не меняется в течение некоторого исторического периода, то и общий уровень цен товаров и услуг, произведенных за этот период, также не испытывает изменений.
Ставки денежной заработной платы обычно устанавливаются условиями трудового соглашения, действие которого распространяется на тот или иной период времени. Если подобное соглашение предусматривает "привязку" заработной платы к показателям производительности труда на протяжении периода, который существенно превышает продолжительность введения в строй соответствующих производственных мощностей, предприниматели могут приступить к осуществлению своих программ, зная, каковы будут в последующий период издержки производства. Если и доля прибыли в цене единицы продукции оказывается неизменной на протяжении того же периода, цены вновь производимых товаров также будут сохранять прежний уровень. Инфляция (общий рост уровня цен вновь производимых товаров) может иметь место только тогда, когда повышение заработной платы обгоняет прирост производительности труда и/или повышение доли прибыли в цене единицы продукции.
Заработная плата как масштаб цен
Таким образом, величина цен в абсолютном выражении задается величиной w, т. е. средней денежной заработной платой. Изменение денежной заработной платы отражается в поведении как функции издержек производства так и функции потребительского спроса; тем самым оно сказывается на динамике различных цен и на общем уровне цен. Денежная заработная плата - особенно в тех случаях, когда она устанавливается не в результате непосредственного взаимодействия спроса и предложения на рынке, а за столом переговоров либо решением правительственных органов,- естественно, становится важнейшим регулятором масштаба цен в современной экономике. Возрастание величины w немедленно влечет за собой "давление издержек" ("cost push"), а на рынках потребительских товаров, где на заработную плату и жалованье покупатели приобретают около 90% всей товарной массы, ощущается "расширение денежного спроса" ("demand-pull").
При переходе к более глубокому анализу неизбежно возникает следующий вопрос: не может ли считаться изменение любой цены в рамках взаимозависимой системы столь же существенным, как изменение денежной заработной платы? И все же различие между ролью заработной платы и ролью всех остальных цен носит не просто количественный, а скорей принципиальный характер. К прочим элементам издержек, изменение которых также оказывает непосредственное воздействие на величину издержек производства практически всех товаров, можно отнести лишь процентные выплаты и еще, пожалуй, налоги. И тем не менее даже в этом случае количественное значение издержек, связанных с выплатой заработной платы, оказывается значительно большим. А в условиях неинтегрированной экономики даже цены на используемое сырье и полуфабрикаты вряд ли могут сравниться - как по степени своего распространения, так и в количественном отношении - со значением уровня денежной заработной "латы; единственным исключением может служить "отбытая" экономика, которая обнаруживает особенно большую зависимость от импорта некоторых материалов и продуктов питания.
Если придерживаться подобной трактовки экономических процессов, можно определить уровень цен, как только выяснен уровень денежной заработной платы.23 Величину k для практических целей можно считать более или менее постоянной, и это относится не только к современному периоду, она считалась таковой па протяжении примерно 70 лет. Более детальное рассмотрение этого вопроса подводит нас к следующему выводу: величина k зависит от результата взаимодействия на рынке различных сил, на эту величину влияют как конкурентные процессы так и монополистические факторы, регулируя тем самым структуру распределения доходов.
Спрос и предложение денег в модели Кейнса
Современная "новая количественная теория денег" делает основной упор на устойчивость функции спроса на деньги, при этом предполагается, что деньги, финансовые активы и воспроизводимые товары (товары длительного пользования, капитальные блага с более ограниченным сроком пользования, а также потребительские товары) представляют собой такие элементы портфеля активов, которые, с точки зрения владельцев имущества, могут без каких-либо затруднений замещать друг друга, а предложение денег обычно трактуется "просто как определяемая извне переменная величина, устанавливаемая, например, органами, принимающими решения в сфере денежно-кредитной политики".24 Сторонники "новой количественной теории денег" считают, что "особый прием", использованный Кейнсом при разработке функции спроса на деньги, можно описать с помощью следующего предположения: при определенной положительной ставке процента спекулятивный спрос на деньги "может приобрести абсолютный характер", т. е. стать совершенно эластичным.25 Именно такое предположение относительно существования "ликвидной ловушки" для спекулятивного спроса на деньги не позволяет использовать подход количественной теории в рамках модели Кейнса. Фридмен отмечает, однако, что "абсолютное предпочтение ликвидности в наши дни уже больше не поддерживается в открытой форме экономистами".26 Тем самым он подразумевает, что теория денег Кейнса неприменима к анализу современной экономики: на протяжении долгосрочного периода полная занятость будет обеспечена благодаря функционированию свободных рынков.
К сожалению, нужно признать, что проф. Фридмен извратил разработанный Кейнсом теоретический анализ спроса на деньги,- анализ, который образует часть его теории денег. С точки зрения Кейнса, "наше стремление хранить деньги как средство накопления богатства (а store of wealth) может служить показателем, характеризующим степень недоверия к нашим собственным расчетам и соображениям относительно будущего... Непосредственное обладание деньгами заглушает наше беспокойство".27 Недоверие? Беспокойство? Но ведь это такие состояния нашего сознания, которые не могут встречаться в мире определенности! Существование таких состояний убеждает нас в том, что именно мотив предосторожности - а не спекулятивные соображения - служит основной предпосылкой расширения спроса на деньги как средство накопления сокровищ в обстановке неопределенности.28
Кейнс полагал, что, если бы хорошо организованного рынка наличных товаров длительного пользования, обладающих такой эластичностью, которая примерно соответствует эластичности денег, просто не существовало, "предпочтение ликвидности, связанное с мотивом предосторожности, должно было бы сильно возрасти, но, с другой стороны, существование организованного рынка создает почву для широких колебаний спроса на наличные деньги, связанного со спекулятивным мотивом".29 Благодаря существованию рынка, на котором обращаются наличные ценные бумаги, спекулятивные соображения, которые регулируют спрос на деньги, могут взаимодействовать с фундаментальным мотивом предосторожности. Тем самым любые изменения, которые обусловливают общее состояние неопределенности, будь то значительное Расширение предложения денег или, напротив, быстро Задающие ставки денежной заработной платы и цены при условии неизменного номинального предложения Денег), согласно теории Кейнса, неизбежно должны сказаться на состоянии спроса на деньги: ведь такие изменения приведут в действие мотив предосторожности, либо породят дополнительные спекулятивные соображения, что повлекут за собой комбинацию обоих мотивов. Допустим, что подобные изменения повлекут за собой расширение спроса на деньги, продиктованное соображениями Предосторожности, тогда они, по-видимому, не окажут существенного влияния на ставку процента, даже если спекулятивный спрос на деньги не слишком эластичен. Таким образом, трактовка Фридменом "кейнсианскоа" теоретической системы, по существу, игнорирует мотив предосторожности; в противовес ему интерпретация Фридмена подчеркивает "абсолютное предпочтение ликвидности", что должно означать существование высокоэластичного спекулятивного спроса на деньги. Подобная интерпретация предстает перед нами неким соломенным чучелом, ставшая мишенью для нападок, "кейнсианская" модель на самом деле не имеет отношения к Кейнсу она извращает подлинные взгляды Кейнса в вопросе о предпочтении ликвидности.
Во многих так называемых кейнсианских моделях ошибочно трактовались также и взгляды Кейнса по поводу трансакционного спроса на деньги, вместе с тем в таких трактовках, по существу, не уделялось внимания многим важным аспектам предложения денег в современной экономике, располагающей развитой кредитно-денежной системой. Различные формулировки функции трансакционного спроса на деньги обычно рассматривают соотношение между требующимся количеством денег и размерами доходов, такой подход может представлять собой приемлемое первое приближение, отражающее характеристики спроса на деньги, только для тех случаев, когда в ходе анализа указанной проблемы предполагается, что совокупный спрос на товары остается прежним, а меняется лишь количество тех или иных требующихся товаров. Хотя Кейнс и сам полагал, что подобная функция спроса на деньги служит объяснением действительности лишь "в первом приближении",30 Один в своей статье незамедлительно отметил недостатки подобной функции спроса на деньги.31 Кейнс вынужден был признать, что в данном случае речь шла о другой форме спроса на деньги: "На самом деле я отмечал, что наблюдаемое в действительности усиление хозяйственной активности оказывает влияние на размеры спроса на деньги,- писал он.- Но я не принимал во внимание то влияние, которое оказывает на спрос на деньги усиление планируемой хозяйственной активности, усиление, что "накладывается" на описанное выше воздействие".32
На этот раз Кейнс вернулся к тщательно разработанному и гораздо более детализированному анализу спроса на деньги, содержавшемуся в его работе "Трактат о деньгах". Если правильно определить такой спрос (который включает также финансовые соображения), то он должен давать ответ на вопрос о том, при каких условиях предложение денег носит эндогенный характер, а при каких оно оказывается экзогенным. Напомним, что существенной характеристикой денег служит нулевая эластичность их выпуска, поэтому при любой попытке серьезно разобраться в том, почему изменяются масштабы предложения денег, необходимо обратиться к изучению роли соответствующих банковских организаций и их операций, благодаря которым деньги появляются в каналах обращения, хотя эластичность их выпуска и равна нулю. Как писал Кейнс, в реальном мире деньги "существуют с тех пор, как появились связанные с последующими выплатами обязательства... и предложения, выражающие возможность купли-продажи".33 Иными словами, возможности предложения денег неизменно и тесно связаны с существованием долговых обязательств и "контрактных отношений", в свою очередь связанных с производством и предложением товаров. С точки зрения Кейнса, деньги не должны попадать в рассматриваемую систему как манна небесная или некая вещь, сбрасываемая с вертолета, или товар, производимый в результате привлечения дополнительных ресурсов. Предложение денег в современной экономике может возрасти только в результате двух различных процессов, причем оба они связаны с существованием "контрактных отношений". Именно эти процессы, а не какие-то их тени на стенах банковских кладовых и не банковские операции, связанные с осуществлением этих процессов, привлекали главное внимание Кейнса в его исследовании предложения денег.
Первый из них может быть назван "финансовым" процессом, обеспечивающим создание дохода,- в этом случае желание приобрести на протяжении рассматриваемого периода большее количество воспроизводимых товаров, иначе говоря, финансовые мотивы, побуждают отдельных лиц, фирмы, правительства и иностранцев вступить Закрепляемые контрактом новые "долговые отношения" банковской системой. В тех случаях, когда последняя Дет навстречу этому желанию, имеет место дополнительная эмиссия частных долговых обязательств, выпускаемых банками, и эти обязательства используются для того, чтобы обеспечить заключение дополнительных контрактов, выражающих предложения услуг со стороны рабочих сил и предпринимателей.
Второй из этих процессов связан с изменением структуры портфеля активов, при этом банковская система привлекает принадлежащие населению активы с незначительной эластичностью выпуска (например, ценные бумаги), предлагая взамен иное средство накопления сокровищ - частные долговые обязательства банков по весьма привлекательному (с точки зрения населения) обменному курсу.
Функционирование "финансового процесса", обеспечивающего создание дополнительного дохода, может предполагать возросшее стремление: а) предпринимателей к приобретению или аренде капитальных благ или даже стремление населения к расширению покупок потребительских товаров длительного пользования; б) других стран к расширению своего импорта или в) государства к увеличению своих расходов, в последнем случае представители законодательных органов могут побудить тех, кто предъявляет дополнительный спрос на деньги (или тех, кто хранит деньги), приступить к непосредственной реализации этого спроса. Такой процесс приводит к увеличению количества денег в обращении, причем последнее растет в той мере, в какой банки соглашаются "принимать на себя" такие дополнительные долговые обязательства, которые допустимы в соответствии с правилами игры и в выпуске которых, естественно, оказывается заинтересованным каждый банкир. Эндогенное увеличение предложения денег в результате указанного процесса вначале используется для того, чтобы с помощью этих денег заключить дополнительные контракты, предусматривающие расширение предложения товаров, постепенно, однако, неиспользованные ресурсы должны подойти к концу. В зависимости от эластичности потока предлагаемых товаров и услуг в различных отраслях хозяйства, затронутых данным процессом (а такая эластичность в свою очередь зависит от таких факторов, как уровень ставок денежной заработной платы, производительности труда и процента "накидок" на издержки), за подобным эндогенным изменением масштабов предложения денег с меняющимися временными лагами должен последовать переход к новому физическому объему производства и к новому уровню цен в современной экономике, характеризующейся массовым производством, издержки производства формируются и оплачиваются предпринимателем, как правило, до того момента, как он может получить доход от продажи, (финансирование этих издержек представляет собой форму помещения оборотного капитала. Если уровень текущих производственных расходов совпадает с уровнем расходов за предыдущий период, то поступления от продажи ранее произведенных товаров могли бы полностью обеспечивать финансирование текущих вложений оборотного капитала. А в тех случаях, когда увеличение заработной платы влечет за собой рост издержек производства, даже и при неизменившихся производственных программах потребуются увеличившиеся вложения оборотного капитала в денежном выражении. В соответствии с этим предприниматели окажутся вынужденными больше занимать у банков для финансирования возросших издержек производства при любом ожидаемом уровне выпуска продукции. Тем самым увеличение ставок денежной заработной платы, превосходящее рост производительности труда, может привести к эндогенному расширению предложения денег даже при неизменном объеме совокупного производства. В этом случае изменения количества денег не будут выступать в качестве причины изменения уровня цен, несмотря на тесную статистическую корреляцию между увеличением предложения денег и ростом цен и на то, что расширение массы денег предшествует повышению цен.
С другой стороны, в ходе процесса, предполагающего изменение структуры портфеля активов, экзогенные изменения в масштабах предложения денег немедленно используются многими участниками хозяйственного процессa для замещения ценных бумаг и для того, чтобы "перенести" в неопределенное будущее покупательную способность, которой они располагают. Если же как деньги, так и ценные бумаги характеризуются нулевой или пренебрежимо малой эластичностью выпуска, если они могут чрезвычайно хорошо замещать друг друга в качестве средства накопления сокровищ (и в то же время обладают очень низкой эластичностью замещения по отношению ко всем другим товарам с высокой эластичностью производства) - в этих случаях экзогенное увеличение количества денег ходе рассматриваемого процесса не будет выступать тором, непосредственно стимулирующим формирование дополнительного спроса и более интенсивное использование ресурсов. Экзогенное увеличение предложения денег, которое оказывается результатом совершаемых неким Высшим Денежно-кредитным Органом операций на открытом рынке, может увеличить спрос на воспроизводимые капитальные блага и, следовательно, создать условия для более интенсивного использования ресурсов только посредством обычного кейнсианского эффекта снижения учетной ставки - новый уровень процента фигурирует в проводимых фирмами примерных расчетах ожидаемого потока будущей "квазиренты" ("quasi-rents"),- которая должна быть обеспечена в результате осуществления новых потенциальных проектов капитальных вложений либо путем смягчения предварительных условий предоставления кредитов не удовлетворенной в прошлом дополнительной группе заемщиков (а возможно, даже с помощью мероприятий, воздействующих на долгосрочные ожидания "квазиренты").
Однако фридмен и другие представители монетаристского направления полагают, что экзогенное увеличение предложения денег (например, в результате осуществления операций на открытом рынке) может повлечь за собой не только снижение процентной ставки и в соответствии с традиционным описанием Кейнса следующее за этим расширение спроса на покупаемые или получаемые в аренду капитальные блага; по мнению монетаристов, предложение денег увеличивает, pari passu, спрос на потребительские товары длительного пользования. Возрастающий спрос на эти товары объясняется, во-первых, действием эффекта реальных кассовых остатков (эффектом богатства) и/или, во-вторых, эффектом перестройки структуры портфеля активов. Они утверждают, будто второй из перечисленных эффектов приводится в действие следующими обстоятельствами: при экзогенном увеличении предложения денег участники хозяйственного процесса приходят к выводу о том, что часть портфеля активов, которую они держат в денежной форме, оказывается избыточной. Поэтому хозяйственные субъекты обнаруживают бесконечно большую (или по меньшей мере очень высокую) эластичность замещения денег другим элементом их портфеля активов-воспроизводимыми товарами длительного пользования, изготовление которых предполагает использование ресурсов. Кейнс, разумеется, признавал, что неожиданные доходы, связанные с тем, что вследствие проведения операций на открытом рынке увеличивается рыночная стоимость элементов капитала, могут повлиять на склонность к потреблению товаров длительного и даже кратковременного пользования, однако можно найти мало практических свидетельств тому, что этот фактор действительно играет значительную роль в расширении спроса на потребительские товары длительного пользования. С другой стороны, Кейнс, по-видимому, отверг бы доводы относительно "избыточности" денежных остатков и перестройки структуры активов, он не согласился бы с утверждением, согласно которому воспроизводимые товары длительного пользования, изготовление которых предполагает использование ресурсов, служат хорошим заместителем денег как элемента, входящего в состав чьего-то портфеля активов,- это полностью противоречило бы выполнению деньгами одной из основных функций. Таким образом, еще одно принципиальное различие между теорией Кейнса, с одной стороны, и Фридменом и кейнсианцами неоклассического направления (например, Тобином), сосредоточившими основное внимание на исследовании структуры портфеля активов,- с другой, сводится к различной оценке эластичности замещения денег (а также финансовых активов) воспроизводимыми товарами длительного пользования, изготовление которых предполагает использование ресурсов, приобретаемых для того, чтобы перенести реализацию принадлежащей им покупательной способности в неопределенное будущее.34
Итак, согласно Кейнсу, изменение количества денег, которое связано с развитием финансового процесса, обеспечивающего дополнительные доходы, непосредственно скажется на изменениях доходов, в то время как изменение количества денег, вызванное перестройкой структуры портфеля активов, непосредственно повлечет за собой изменение скорости обращения денег. Иными словами, если смотреть на этот вопрос глазами Кейнса, то не только изменение количества денег имеет значение, важны и причины, вызвавшие эти изменения.
Заключение
Кейнсианский и посткейнсианский анализ денежно-кредитной сферы уделяет особое внимание таким понятиям, как неопределенность перспектив, роль времени соотношение ставок денежной заработной платы и производительности, "контрактные отношения", нулевая эластичность выпуска и замещения денег. Взаимодействие всех этих факторов приводит к тому, что производственная система, использующая денежные отношения, функционирует совершенно иначе, чем модель, описывающая с помощью вальрасовских уравнений систему общего равновесия. Поэтому не стоит принимать всерьез как методы достижения полной занятости, так и рецепты борьбы против инфляции, предлагаемые кейнсианцами неоклассического направления, которые истолковали на свой лад и извратили предложенную Кейнсом модель (в результате чего эта модель утратила внутреннюю стройность и перестала отражать реальное положение дел).
Кейнс, а также представители посткейнсианской теории денег подчеркивают прямую связь между денежным рынком и рынком труда. Именно это прозрение и позволило капитализму разработать хозяйственную политику, предотвратившую повторение "Первого кризиса капитализма"- Великой депрессии.
Сейчас на сцену выступил "Второй кризис капитализма"- Великая инфляция." Если заново открыть, трезво оценить и развить идеи, лежащие в основе монетарного анализа Кейнса и представителей посткейнсианского направления, усилиями профессиональных экономистов и политических деятелей, можно успеть еще избавить капиталистическое хозяйство от наиболее серьезных последствий этой надвигающейся катастрофы.
Это не означает, разумеется, что работы самого Кейнса абсолютно безукоризненны и не содержат никаких ошибок. Кейнс был человеком, и он мог ошибаться в своих суждениях. И тем не менее, подобно другим воистину великим экономистам, таким, как Смит, Рикардо, Маркс и Маршалл, Кейнс обладал гениальными чертами, что позволяло ему непосредственно моделировать реальный мир. Кейнс прямо заявлял о том, что "деньги играют свою самостоятельную роль", в то время как в системе Вальраса деньги могут вообще не иметь существенного значения.35 Как указано в начале данной главы, большинство профессиональных экономистов никогда не исследовали вопрос об основной структуре теории денег Кейнса. Вместо этого кейнсианцы неоклассического направления изобретали макроэкономические модели, помогающие усовершенствовать математическую систему Вальраса не желая направить свои усилия на решение более сложной задачи, на разработку математических моделей, проливающих свет на функционирование реальной кредитно-денежной системы.
Истинный прогресс в науке может быть достигнут, если опираться на плечи проложивших дорогу гениев. К сожалению, некоторые из наших наиболее известных "кейпсианцев" строят свои доктрины, опираясь на горбатую спину французского звонаря, а не на мощные плечи казначея колледжа "Кингз Чепл".
Университет Рутгерс

ПРИМЕЧАНИЯ:

1 Кейнс Дж. М. Общая теория занятости, процента и денег. М., "Прогресс", 1978, с. 236.
2 Там же, с. 264 (выделено мною.- П. Д.).
3 H а r r о d R.F. Money. London, Macmillan & Co., 1969, р. 151.
4 The Collected Works of J. M. Keynes, ed. Donald E. Moggridge, 26 Vols. London, Macmillan & Co., 1973, vol. 14, p. 408-409.
5 H а r r о d R. The Life of John Meynard Keynes. London, Macmillan & Co., 1973, p. 463-464.
6 Hicks J.B. Critical Essays in Monetary Theory. Oxford, Oxford University Press, 1967, p. VII. Хикс использовал выражение "парниковый вариант" применительно к своей работе Mr. Keynes and the "Classics".- Econometrica 5 (April 1937), p. 147-159.
7 С. Вайнтрауб одним из первых в США привлек внимание к этому вопросу. См.: Weintraub S. Micro-Foundations of Aggregate Demand and Supply.- Economic Journal 67 (September 1957), p. 455-470, и The Keynesian Theory of Inflation: Two Faces of Janus.- International Economic Review 1 (May 1960), p. 158- 167. В Англии Г. Шэкл постоянно подчеркивал важность таких факторов, как неопределенность, исторические условия и роль Денег, находившихся в центре теории Кейнса. А в Кембридже в те же годы Дж. Робинсон и другие экономисты, разрабатывавшие неокеинсианскую теорию роста, пытались выяснить роль времени в экономических процессах, однако при этом они не придавали особого значения деньгам и фактору неопределенности, оперируя понятием "покой" ("tranquillity"). Подобный подход исключал воз-чояжость ошибочных суждений, равно как и недостаточную приспособленность денежной системы.
8 Т о bin J. Liquidity Preference as a Behaviour Toward Risk. - Review of Economic Studies 25 (February 1958), p. 65-86.
9 Hicks J.R. Some Questions of Time in Economics, 1975.
10 Последующее изложение опирается на кн.: Davidson P. Money and the Real World.- Economic Journal 82 (March 1972), p. 101-112.
11 Keйнс Дж. М. Общая теория занятости, процента денег, с. 447.
12 Н i с k s J. R. Critical Essays in Monetary Theory. Oxford, Oxford University Press, 1967, p. 156.
13 К е у n e s J.M. A Treatise on Money, 2 vols. London, Macmillan & Co., 1930, vol. 1, p. 3.
14 Цены на поставляемые в течение последующего периода товары и услуги остаются неизменными; тем самым предполагается что увеличение ставок денежной заработной платы лишь в небольшой степени отрывается от темпов повышения уровня производительности труда.
15 Цена, предлагаемая покупателями за товары, которые будут доставлены в будущем, по определению, никогда не может превысить цены используемых в последующий период товаров и услуг: действительно, ведь последние представляют собой денежные цены тех факторов, которые требуются для производства какого-то определенного количества товаров при условии, что дата поставки уже определена. Допустим, например, что у участников хозяйственного процесса вдруг изменились представления о предстоящих темпах развития инфляции и, следовательно, о ценах поставляемых на протяжении последующего периода товаров и услуг. В таком случае, если люди воплотят свои представления в реальные действия, они немедленно взвинтят текущие цены на рынках наличных товаров длительного пользования, а кроме того, последуют многочисленные дополнительные заказы на товары, производимые и поставляемые в последующий период, по ценам, соответствующим новому, расширившемуся объему производства. Иными словами, изменение предполагаемого темпа повышения цен на производимые товары и услуги окажет влияние на текущие цены всех тех активов, которые могут быть немедленно доставлены, а также на предельную эффективность использования капитальных товаров.
16 "Иными словами, предположение относительной малоподвижности заработной платы, выраженной в деньгах, является естественным следствием того, что превышение премии за ликвидность над издержками содержания у денег выше, чем у любого другого актива" (см.: К е й н с Дж. М. Общая теория занятости, процента и денег, с. 309).
17 Основные положения, излагаемые в этом разделе, рассматривались в опубликованной ранее статье: Davidson P. and Weintraub S. Money as Cause and Effect.- Economic Journal 83 (December 1973), p. 1121-1124.
18 H a h n F. H. Equilibrium with Transaction Costs.- Econometrica 39 (May 1971), p. 417.
19 Ibid., p. 417.
20 А r r о w К. J. a n d H a h n F. H. General Competitive Analysis. San Francisco, Holden-Day, 1971, p. 361.
21 Ibid., p. 375.
22 Weintraub S. Classical Keynesianism, Monetary Theory, and the Price Level. Philadelphia, Chilton, 1961, p. 41-64.
23 Ibidem.
24 Friedman M. et al. Milton Friedman's Monetary Framework: A Debate with His Critics. Chicago, University of Chicago Press, 1974, p. 288-289.
25 Ibid., p. 24.
26 Ibid., p. 28.
27 К е у n e s. Collected Works, vol. 14, р. 116.
28 Для сравнения см.: К е й н с Дж. М. Общая теория занятости, процента и денег, с. 236-238; К a h n R. F. Soine Votes on Liquidity Preference.- Manchester School 22 (November 1954), p. 243, 150; Harrod. Money, p. 171.
29 К е й н с Дж. М. Общая теория занятости, процента и денег, с. 236.
30 Там же, с. 268.
31 О h l i n В. Some Notes on the Stockholm Theory of Savings and Investment.- Economic Journal 47 (June 1937), p. 221-240.
32 Keynes J.M. The Ex-Ante Theory of the Rate of Interest.- Economic Journal 49 (December 1937), p. 667.
33 К е у n e s. Treatise on Money, vol. 1, p. 3.
34 Если потребительские товары длительного пользования считаются хорошим заменителем денег, как одного из элементов в портфеле активов, принадлежащих потребителю, то это можно объяснить следующими соображениями: потребительские товары длительного пользования обеспечивают владельцу такие же качества ликвидности, как и деньги. Такую ситуацию, когда потребительские товары длительного пользования служат "вместилищем" ликвидности, можно представить только как ситуацию, при которой и в последующий период потребитель может рассчитывать на функционирование рынка наличных потребительских товаров длительного пользования. Обратившись к таким рынкам, владельцы потребительских товаров длительного пользования смогут превратить их в средство обращения, и к тому же издержки, связанные с осуществлением операций купли-продажи на указанных рынках, не превысят издержек, предполагаемых сменой собственности на воспроизводимые товары длительного пользования.
35 К е у n e s. Collected Works, vol. 14, р. 408-409
Как найти и купить книги
Возможность изучить дистанционно 9 языков

 Copyright © 2002-2005 Институт "Экономическая школа".
Rambler's Top100